– Сэр, я объясню вам, что означает виденное вами сейчас в могиле. Сэр, плита, покрывавшая тело, означает тяготы жизни и тяжкие грехи, какие застал Господь наш в этом мире. Тогда такие царили пороки, что отец не любил сына и сын не любил отца. Это и было одной из причин, что Господь наш принял плоть и кровь чистой девы: ибо грехи наши были в те времена столь велики, что кругом и повсюду царил почти один порок.
– Истинно, – сказал сэр Галахад, – я верю в то, что вы говорите.
И сэр Галахад провел там ночь, а наутро он посвятил того пажа в рыцари и спросил его при этом, как его имя и откуда он родом.
– Сэр, – тот отвечал, – люди зовут меня Мелиас Островной, и я сын Датского короля.
– Ну, любезный сэр, – сказал Галахад, – раз вы происходите от королей и королев, так, уж верно, рыцарского звания не уроните, ибо вам надлежит быть зерцалом рыцарства.
– Сэр, – отвечал сэр Мелиас, – истинно вы говорите. Но раз уж, сэр, вы посвятили меня в рыцари, вам надлежит, по справедливости, исполнить мое первое желание, если только оно разумно.
– Верно вы говорите, – сказал сэр Галахад. – Я исполню ваше желание.
– Грамерси, господин мой, – сказал тот. – Дозвольте же мне сопровождать вас в ваших поисках Святого Грааля до тех пор, покуда приключения не разлучат нас.
– Я согласен на это, сэр.
И принесли люди сэру Мелиасу доспехи его и копье и привели коня. И поехал он с сэром Галахадом, и целую неделю не встречались им никакие приключения. Наконец в понедельник утром, покинув монастырь, где останавливались они на ночлег, выехали они на распутье, где расходилась надвое их дорога, и там увидели они надпись, гласившую:
«Вы, странствующие рыцари, едущие на поиски рыцарских приключении, здесь пред вами две дороги: одной дорогой ехать запрещается, ибо на нее свернешь – обратно не выберешься, если только ты не добродетелен и в бою не доблестен. А коли налево свернешь, то нелегко тебе будет стяжать славу, ибо долго не проедешь, как испытаешь нападение».
– Сэр, – молвил Мелиас сэру Галахаду, – если соблаговолите вы отпустить меня налево, то я туда и поеду, ибо на этом пути думаю я испытать мою силу.
– Лучше бы вам, – отвечал сэр Галахад, – не ехать этим путем, ибо думается мне, я легче избегну на нем опасностей, нежели вы.
– О нет, господин мой, прошу вас, поручите мне это приключение!
– Что ж, поезжайте, во имя Господа, – сказал сэр Галахад.
Теперь обращается это повествование к сэру Мелиасу Островному.
Вот едет сэр Мелиас вековым лесом, едет два дня, едет дольше. И выехал он на широкий луг, а посреди луга стоял просторный шалаш из сучьев и ветвей. Внутри увидел он кресло и на нем золотую корону, искусно и богато изукрашенную. На земляном же полу была разостлана скатерть, уставленная многими прекрасными яствами.
Посмотрел на это все сэр Мелиас, подивился чуду. Но голода он не испытывал, и потому приглянулась ему только золотая корона, он наклонился, подобрал ее и с нею поскакал дальше. Вдруг заметил он: скачет за ним вослед рыцарь и кричит:
– Положи корону, тебе не принадлежащую! И защищайся, если можешь!
Перекрестился тут сэр Мелиас и проговорил:
– Милостивый Господь небес, поддержи и спаси Твоего новопосвященного рыцаря!
И пустили они навстречу друг другу коней во весь опор и сшиблись с налета. Но тот рыцарь пробил сэру Мелиасу кольчугу с левой стороны, так что он замертво свалился на землю. И тогда он отнял у него корону и ускакал прочь. А сэр Мелиас остался лежать недвижимый, не имея силы и пошевелиться.
Но, по воле счастливого случая, подъехал туда сэр Галахад и нашел его при последнем издыхании. Он спросил:
– Сэр Мелиас, кто нанес вам эту рану? Вот видите, лучше было бы вам ехать другой дорогой. Услышал сэр Мелиас его голос.
– Сэр, – сказал он, – ради Господа, не оставьте меня умирать в этом лесу, но отвезите в ближнее аббатство, дабы я мог, как подобает, покаяться и получить отпущение грехов.
– Я это исполню, – отвечал сэр Галахад. – Но где же тот, кто нанес вам рану?
И тут вдруг услышал сэр Галахад из зарослей громкий возглас:
– Рыцарь, защищайся!
– О, сэр, – молвил сэр Мелиас, – остерегитесь, ибо это и есть он, тот, кто убил меня.
И крикнул в ответ сэр Галахад:
– Сэр рыцарь, пожалуй сюда, себе на погибель!
Тут оба они изготовились к бою и устремились навстречу друг другу во весь опор, И сэр Галахад ударил его с такой силой, что копьем пронзил ему плечо и лопатку и сбросил его с коня долой. И при этом сломалось Галахадово копье. Но тут выскочил из зеленых зарослей еще один рыцарь и поломал копье об сэра Галахада, не дав ему даже повернуть коня. Но сэр Галахад тогда выхватил меч свой и отсек ему левую руку, и она упала на землю. И тогда тот обратился в бегство, а сэр Галахад поскакал за ним вослед.
Но потом он возвратился к сэру Мелиасу, спешился, положил его бережно перед седлом, ибо в теле у него оставался обломок копья. А потом сам вскочил в седло, поднял его на руки и так довез до аббатства, а там снял с него доспехи и отнес на ложе. И тот попросил Святых Даров, а когда получил последнее причастие, то сказал сэру Галахаду:
