- Больше не смешно? – спрашивает она, вынимая нож и нанося еще один удар теперь уже в правое подреберье. – Не смешно?!
- Ты гляди, че творит! – заорал кто-то из-за другого столика.
- Она его пырнула!
- Ах ты дрянь! – орет, по-видимому, друг того самого мужика, который сейчас медленно сползает на пол, готовясь помереть.
Начинается поножовщина.
На Кассандру бросается сразу трое парней. Карлейн тоже встает, чтобы помочь, но некто хватает его сзади и тащит куда-то в сторону. Он видит, как какой-то урод нападает на Кассандру со спины, но этот здоровенный орк, который всю кашу и заварил, вырубает его одним ударом. А затем вырубает еще одного, после чего желающих сражаться резко убавляется.
- Гелегост бы не советовал, - говорит этот орк, показывая пальцем на Карлейна, - трогать его. Гелегост видел, как сражается Карлейн. Карлейн – очень страшный. Лучше отпустите Карлейна.
То ли поверив орку, то ли попросту испугавшись самого орка, тот человек, что держал Карлейна в захвате, отпускает его.
- Спасибо, - говорит Карлейн и подходит к столику. Они с Кассандрой переглядываются. Затем смотрят на Гелегоста.
- Что за хрень тут происходит? – спрашивает Кассандра, наконец.
И к этой троице подходит неизвестно откуда взявшаяся эльфийка.
- Ты ведь не Карлейн, да? – спрашивает она, глядя на парня.
- Карлейн, - говорит он. – И если я правильно понял то, что сейчас здесь происходит, то я… как бы настоящий Карлейн.
Лиагель смотрит на него и понимает, что это правда.
- Тот колдун… он использовал твою внешность. Верно?
И Карлейн кивает.
- Ладненько, зайчик, - хмурясь, произносит Кассандра, - давай-ка выкладывай, что за херня тут происходит.
- Гелегосту тоже интересно, - вставляет свои пять копеек орк. – А то Гелегост вообще ничего не понял.
Карлейн, ставший теперь графом, молча следовал за новоиспеченным Десницей. Ему нравился такой резкий карьерный взлет своего господина больше, чем свой собственный. И, хотя ему и пожаловали графские угодья, свободные от суверенитета Перегила, это его волновало постольку-поскольку.
Сейчас же он шел вперед позади и чуть правее Маркуса, тогда как слева от него гордо вышагивала Кара. Шли они на коронацию, если это так можно было назвать – на эдакую церемонию, во время которой Маркус официально получит титул Десницы, первого человека в Империи, второго существа после Бога, самого Перегила.
Когда они остановились, и верховная жрица начала читать свою длинную неинтересную речь, Кара едва заметно коснулась руки Карлейна.
- Ты обиделся на меня?
- Нисколько, - честно говорит Карлейн и ощущает, что она смотрит на него.
- Обиделся. Я бы тоже обиделась на твоем месте.
- Кара, я изначально понимал, что ты – женщина графа. То, что ты провела с ним эту ночь – лишь ожидаемый финал наших отношений.
- Но ты… - Каре неловко, - ты расстроен?
На самом деле, он испытал облегчение, но роль нужно было доиграть до конца.
- Я – взрослый мальчик. И смогу это пережить. Прошу, не беспокойся за меня.
Она кивает и переводит взгляд на Маркуса, который уже к этому времени стоит перед самим Перегилом.
- Не хочу это видеть, - слышит она голос Карлейна.
- Не хочешь? Серьезно? Он… становится первым человеком в мире!
- Нет, не это, - Карлейн отворачивается, - а то, как господин встает на колени…
И именно эту часть Карлейн и пропускает – умышленно не смотрит, как его кумир опускается на колени. И не важно, перед кем он это делает. Пусть даже перед Богом. Карлейн всегда хотел, чтобы Дракула был первым.
И Кара без труда это понимает.
Пару дней Кирилл и Эльрикель просто живут на деньги, отобранные у той гопоты, одновременно с этим подыскивая работу. Брать на работу без документов соглашаются совсем немного куда, однако пара вариантов всё же находится. И, возможно, на первое время они бы так и устроились: он – продавцом-консультантом в магазине электроники, а она – официанткой в ближайшей кафешке, однако утром третьего дня…
Кирилл выходит на балкон в одних семейных трусах, почесывая яйца левой рукой, а правой сжимая ручку кружки с чаем. Смотрит на проезжую часть и жопой чует, что что-то не так – машин нет. Вернее, нет движущихся машин. Никакого движения. Нет и пешеходов. А ведь должны быть, черт возьми.
Он уже не хочет пить чай, так как начинает побаиваться такого поворота событий, и отставляет его в сторону. Выходит в коридор отеля – и тут же наталкивается на куда-то спешащую девушку.
- Что случилось? – спрашивает он.
- Опаздываю! Капец, проспала! – бросает она и несется вперед. Чуть позже из других дверей тоже начинают судорожно появляться куда-то спешащие люди. И все они, как понял Кирилл, опаздывают.
Когда он вновь выходит на балкон, то наблюдает самый настоящий хаос – куча машин, куча людей. Все куда-то бегут, куда-то спешат. Машины сигналят, требуя торопиться тех, кто впереди.
- Все… опоздали? Типа проспали, что ли, дружно?
Наблюдает за происходящим некоторое время, а затем идет к телевизору, небольшому, дешевенькому, но зато хоть цветному. Щелкает каналы, а там ничего.
- Прикольно, - говорит он, даже не догадываясь о том, что произойдет чуть позже.
