- Люди Кормира! – взревел он, бегом спуская по склону, - Не стесняйтесь, утыкайте этого монстра стрелами. Это вам приказывает король!
Король обернулся и посмотрел на вершину склона. Он не узнал хазнеф раньше, и вряд ли сделал бы это сейчас, когда монстр был осыпан ливнем стрел Пурпурных Драконов, щедро посылающих в монстра десятки снарядов с железными наконечниками.
Азун с удовлетворением смотрел, как хазнеф в агонии сделал несколько тяжёлых шагов, после чего поднялся в болезненный полёт, вялыми крыльями поднимая себя наверх, сквозь десятки ветвей.
- Пурпурные Драконы, ко мне! – закричал король, прячась за камень. Он не хотел словить случайную, а может быть и намеренно выпущенную стрелу. В Кормире наверняка были те, кто винили Обарскиров во всем происходящем. Такие были всегда.
Через мгновение его окружили знакомые ухмыляющиеся лица в нагрудниках с изображением дракона.
- Рад видеть вас, Ваше Величество! – Сказал один рыцарь, подав королю руку.
- А как я рад! – взревел король, приняв помощь и поднявшись на ноги. – Какие новости?
- Мы несем больше потери, - пробурчал другой солдат. – А Боевые Маги покинули нас.
- Покинули?
- Полегче со словами, - огрызнулся тот, кто помог королю подняться. – Когда маги узнали, что ни вас, ни Аркенфроста так и не появилось при дворе, они сказали старому Хестлену, что боятся предательства от некоторых дворян. Имен они, конечно, не назвали, но сказали, что могут найти вас по какой-то магии, обозначающей ваши доспехи, после чего они отправились.
- В Сюзейл?
- Да.
- Штормшолдер, Гаундолон и…
- И Старлаггар. – С сожалением закончил командир.
Король мрачно кивнул, вспоминая откусанную ногу.
- Боюсь, они закончили своё путешествие в пасти дракона, - сказал Азун командиру. – Но дело не в них. Еще мне нужна пара флаконов с лечебным зельем. Если маги не оставили каких-нибудь других исцеляющих артефактов, - король вдохнул и задал вопрос, ответ на который не хотел знать. – Как обстоят дела с нашей армией сейчас?
- Ваше Величество, - начал капитан мечников, своим тоном подтверждая общее несчастье, - мне жаль это говорить, но…
Он удивился, когда король поднял руку, прервав его. Капитан замолчал, а король сделал два уверенных шага с поднятой рукой, призывая всех к тишине.
Голос в сознании короля принадлежал его дочери, и от плача он дрожал как клиновый лист на ветру.
-
-
Азун поднял голову и сквозь ветви посмотрел на чистое голубое небо, которое, к счастью, не было закрыто драконом. Он знал, что теперь он идёт к Алусейр. Таналасте придётся справиться самой, ибо видят Боги, у неё было достаточно времени понять все тонкости придворной политики, пока её отец лежал при смерти, а Аунадар Блеф пытался обманом занять трон. Кроме того, за последние несколько месяцев наследная принцесса многое пережила, постоянно удивляя отца вспышками уверенности и способностей к лидерству.
С другой стороны, Алусейр была воином. Стальная Принцесса могла бы вести за собой Кормир даже если все её родственники, а особенно один седовласый старик с короной на голове, сложи ли бы головы. Она была тем оружием, которым не могло пренебречь королевство, даже если бы она не была любимой дочерью Азуна.
Более того, если он вернется в Сюзейл сейчас, то окончательно уничтожит все шансы Таналасты справиться с дворянами самостоятельно или, хотя бы, чему-то научиться. Она навсегда останется известна как “девочка, которая неумело управляла страной, пока не вернулся папочка”.
Оказалось, что решение принять не так уж и сложно.
- Рыцари! – обратился Азун к своим людям так, чтобы его дочь слышала его слова через магическую связь. – Мы идём на север, дабы объединиться с силами Стальной Принцессы. Но без боевых кличей, тихо – кажется, драконы в это время года особенно раздражительны.
Он не знал, чей стон был отчаяннее – его людей или Алусейр, стоявшей на вершине холма и опирающейся на клинок, чёрный от высохшей орочьей крови.
Трое сидели на веранде главного поместья Краунсильверов: сам Маниол Краунсильвер, герцог Кастар Пурсеноз и Жемчужная Леди Бриджет Аламбер. Все они пили красное сухое вино и смотрели на холм позади поместья. Земли выглядели так, как будто с севера начинало идти похолодание, которое приносило сильное неудовольствие хозяевам этих территорий. Грушевые сады увядали стройными рядами, превращаясь в чёрное подобие самих себя, некогда прекрасные серебристые овцы лежали без сил на полях, коричневых от гнили, а заросли винограда покрылись белой плесенью, будто снегом.
- Жаль виноградники, Мэнни, - сказала леди Аламбер, допивая последние капли вина. – Красному сухому из Сильверхила не было равных. Жаль, что в этом году я его пропущу.
