Корвар бросил вопросительный взгляд на Филфаэрил, которая поднял один палец, чтобы отложить казнь.
- Вам есть, что сказать перед тем, как мы продолжим, принцесса?
Таналаста хотела сказать, что ее мать не могла просто так казнить мужчину, но, конечно, она могла. Принцесса сглотнула, а затем сказала:
- Если бы вы дали возможность лорду Голдсворду извиниться, то он, возможно, принёс вам свои извинения за то, что оспорил достоинство королевы, Ваше Величество. Я сама сомневалась, что правильно вас поняла, пока не вспомнила “Верховенство закона”, особенно ту часть, что говорит про власть королевской семьи в военное время.
Ледяной намек на улыбку скользнул по губам Филфаэрил, и Таналаста с внезапной пустотой поняла, что её догадка была верной. Хотя трактат Ифлара Абдикатора “Верховенство закона” не был главным законом Кормира, он цитировался на протяжении более тысячи лет и, несомненно, являлся основой кормирского права. В конкретном отрывке, о котором упоминал Таналаста, говорилось, что во время войны любой представитель королевской семьи имел полное право наказывать преступников, пошедших против короны. Хотя можно было сказать, что казнь была довольно суровым наказанием за оскорбление достоинства королевы, в трактате прямо указывалось на то, что во время войны наказание выбиралось лично членом королевской семьи и обжалованию не подлежало. Другими словами, королева Филфаэрил могла казнить не только Элмара Голдсворда, но и любого дворянина, совершившего даже самый маленький проступок против короны. И сомнение в праве Таналасты призвать войска, вполне могло быть истолковано как преступление против короны.
Королева Филфаэрил хранила молчание, очевидно, рассматривая выражение на лице своей дочери. Мягкий шепот поднялся в комнате, когда те немногие дворяне, которые были достаточно знакомы с “Верховенством закона”, чтобы знать указанный женщиной отрывок, объясняли его тем, кто этого не знал. Многие лица побледнели, и безоружные лорды начали бросать беспокойные взгляды на солдат, стоящих за ними. Верные лорды - Ильдамоар Хардасл, Гектор Даутингорн, Роланд Эммараск и несколько других – казались, скорее, изумленными, нежели напуганными. Только реакция Орвердела Раллихорна не поддавалась пониманию. Хотя он мог почти дотянуться до лорда Голдсворда, который все еще дрожал от кинжала Корвара, приставленного к его горлу, Орвердел не выглядел удивленным, напуганным или даже встревоженным. Скорее расстроенным и обеспокоенным.
После того, как королева Филфаэрил отвернулась от Таналасты, она дал лордам несколько мгновений, чтобы оценить дилемму. Ее взгляд, прежде чем перейти к лорду Голдсворду, задержался на Орверделе на мгновение, вспыхнув ледяной ненавистью. Таналаста чувствовала, что стоит ждать еще сюрпризов от своей матери. Королева настаивала на присутствии молодого Раллихорна не просто так. У принцессы было глубокое чувство, что она знала, в чём дело, но на этот раз не сможет воззвать к милости королевы.
Филфаэрил опустила взгляд на Элмара, а когда в зале снова стало тихо, спросила:
- Что вы скажете, лорд Голдсворд? Вы извиняетесь?
Элмар кивнул.
- Да, я прошу прощения за то, что сомневаюсь в вас, но не за то, что выступал против принцессы. Я считаю, что сембийцы сейчас - единственная надежда Кормира, и никогда я не извинюсь за это.
- И я бы не стала просить тебя об этом, - сказала королева. - Очевидно, корона считает ваше мнение ошибочным, но, по крайней мере, оно честное и показывает то, что вы беспокоитесь о Кормире так же, как о собственных интересах. Не в моей привычке казнить людей за неверное мнение и честные ошибки.
Филфаэрил указал на Корвара, который отвел свой кинжал от горла Элмара и осторожно запихнул его в ножны. Цвет вернулся на лица лорда и его сторонников. Таналаста знала, что за несколько мгновений ужаса ее мать выиграла сотрудничество, которое принцесса пыталась получить вот уже несколько месяцев.
Элмар тоже это знал это.
- Ее Величество очень терпеливо. - Он наклонил голову к королеве, затем попытался спасти хотя бы видимость компромисса, добавив:
- Дом Голдсворд будет соблюдать решение этого совета.
Филфаэрил проигнорировал его и посмотрел на Мелота Силверворда.
- Чего не может стерпеть корона, так это корыстных интриганов, которые будут стоять поверх стены, пока не увидят, на какой из сторон больше всего выгоды для их дома. Такие не приносят вреда королевству в мирное время, но вот в военное время они равносильны шпионам.
Мелот выпрямил спину.
- Ваше Величество, я не думаю, что такое сравнение оправданно. Не вижу ничего более несправедливого, чем обвинять человека за осторожность…
- Я бы не стал говорить так уверенно на вашем месте, лорд Силверворд, - оборвала Таналаста. - Вы все еще живы - и даже имеете хорошие шансы остаться таким.
- При условии, что он будет соблюдать решения этого совета, - согласился Филфаэрил. - Теперь есть еще один вопрос, которым я хотел бы заняться.
