Как и во время захвата Люфакса, целая рота Пурпурных Драконов стояла в засаде, с дюжиной Боевых Магов и несколькими священниками Темпуса. Неподалеку стоял ее железный «гроб», как и железный ящик для каждого хазнеф. Принцесса не ожидала, что все пять монстров прибудут сразу - по крайней мере, она надеялась на это, но только Боги знали, что произойдет после того, как Овдин произнесет свое заклинание. Её запрет на использование магии довёл хазнеф до такого безумного голода, что они начали нападать на патрули, возглавляемые Боевыми Магами, в надежде, что испуганные волшебники будут защищаться заклинаниями. Их тактика работала отменно, из-за чего хазнеф все еще продолжали существовать, но именно это и было нужно Таналасте. Лучше держать их в южном Кормире и контролировать потоки магии, которую корона держала в своих руках, чем позволить монстрам улететь и утолять голод в другом месте.
- Вы хотите найти Роуэн или нет? - спросил Овдин. – Я потратил половину десятидневной медитации чтобы выучить это заклинание не от безделья.
Таналаста снова сконцентрировалась на Мастере урожая.
- Я знаю, - она наклонилась ближе и понизила голос. – Я не могу вспомнить его лица.
Хмурый взгляд Овдина смягчился.
- Возможно, вы боитесь вспоминать.
- Нет, - резко отрезала женщина, покачивая головой. - Если он мертв, я хочу знать об этом. Это лучше, чем представлять его рабом орков или чего похуже.
Овдин кивнул, затем протянул руку и легонько постучал принцессе по лбу.
- Вы слишком стараетесь. Он все еще там. Вспомните что-нибудь из того, что вы делали вместе. Расслабьтесь, и пусть его лицо всплывёт в вашей памяти.
Таналаста подумала об их первом поцелуе. Они были в тени великих дюн Анауроха, готовясь к тому, чтобы отвлечь хазнеф, который загнал отряд Алусейр в ловушку на руинах старой крепости гоблинов. Таналаста начала шагать через ворота, чтобы привлечь внимание монстра, но её охватило внезапное желание поцеловать красивого разведчика. Она схватила его за ворот и прижалась губами к нему, а он откинулся назад и обнял женщину. Ее охватил такой ужасный голод, что она почти забыла о своей сестре, которая все еще была в опасности.
Овдин начал размахивать святым символом Роуэна взад-вперед, и глаза Таналасты последовали за ним. Она начала водить руками будто бы по телу рейнджера, и он сделал с ней то же самое, скользя ладонью вверх по ее груди.
Его лицо вернулось к Таналасте, красивое, смуглое и острое, с нежной улыбкой и карими глазами, такими же глубокими, как лес. В душе принцессы поднялась волна облегчения, и она сказала:
- Я помню.
- Хорошо. Теперь продолжайте наблюдать за его святым символом. Это след, который приведет вас к нему. Продолжайте смотреть…
Овдин резко начал глубокое пение своего заклинания, призывая божественную силу Чонтии восстановить мистическую связь между Роуэном и тем, что Люфакс отнял у него. Таналаста продолжала наблюдать за качающимся символом, думая о лице своего мужа и молясь богине, чтобы она ответила на просьбу Овдина. Образ Роуэна растворился в серебряном бутоне и стал единым целым с Таналастой, когда перед ней возникла голова мужа, болтающаяся взад-вперед. Комната вокруг принцессы исчезла. У нее было такое чувство, будто она погрузилась в темный туннель во тьму, столь же обширный, как сама бездна
Чернильная тень упала на лицо перед ней, и его черты стали изможденными и резкими. Брови стали тяжелыми и зловещими, нависающими над белыми глазами, круглыми и блестящими, как жемчуг. Нос стал распухшим, приняв форму острого клюва ястреба. Только подбородок остался таким же, квадратным, сильным и с ямочкой.
- Роуэн? - Ахнула Таналаста.
Белые глаза прояснились и отвели взгляд, исчезнув в туманном сером облаке. На мгновение Таналаста не поняла, что она видела, затем мелькнула молния, и она поняла, что шел дождь.
- Роуэн? – Снова позвала она.
Появилось другое лицо, такое же изможденное, но широкое, с толстым носом, запавшими серыми глазами и густой черной бородой, покрывавшей его впалые щёки. Железный обруч окружал грязную шевелюру силуэта, с пятнами и ранами от пальцев, свидетельствующих о том, что хозяин головы изо всех сил пытался снять обруч.
В нетерпеливой борозде на его лбу и резкости в глазах было что-то смутно знакомое, но Таналаста не могла понять - откуда она знает изможденного старика.
- Кто ты? - резко спросила она. - Что случилось с Роуэном?
- Вангердагаст? – Ахнула Таналаста. - Ты мертв?
Волшебник выглядел оскорбленным.
- Тогда где ты? - Таналаста слабо почувствовала, как люди, собравшиеся в обеденном зале Краунсильверов, переминались с ноги на ногу, но она проигнорировала их и сосредоточилась на раскачивающемся перед глазами лице. - Что случилось с Роуэном?
