– Значит, вы говорите, что не знаете наверняка, убил ли Себастьен Гроссмаллард свою жену? Закону требуются более весомые доказательства, мадам.
Ричард заметил, как сенатор Ройер расчетливо улыбнулся, когда Валери начала терять контроль над происходящим.
– Согласна, комиссар, – парировала она тем же официальным тоном, что и собеседник. Кажется, их брак был
– О чем это они рассуждают? – нетерпеливо уточнила мадам Мабит, не прекращая постукивать вязальными спицами.
– О коммуне на озере Петитес-Иль, – ответила мадам Таблье тоном, предполагавшим, что скоро ситуация станет еще более скандальной.
– Содом и Гоморра! – визгливо прокомментировала подруга.
– Мадам, думаю, нам следует придерживаться событий, случившихся недавно… – попытался перехватить инициативу Ройер.
– Не хочу вас обидеть, сенатор, но вам лучше помолчать, – отрезала Валери.
От этих слов глаза собеседника полыхнули гневом.
– Поселение, сообщество, коммуна – или как бы там это ни называлось – окружено в здешней округе почти мистическим ореолом. Никогда тут еще не происходило ничего подобного. Ни до, ни после. Но что же там на самом деле творилось?
– Содом! – выкрикнула мадам Мабит.
– И Гоморра! – поддержала ее мадам Таблье, завершив библейское порицание.
– А вы там присутствовали? – с любопытством обратилась к подругам Валери, но не дождалась ответа. – Нет. Вполне обычно по меркам времени в том месте молодые люди могли вкусить плоды свободы. И да, они, вероятно, чрезмерно злоупотребляли ею и, да, вероятно, нарушили пару законов. Но так поступает вся молодежь перед тем, как погрузиться в заботы взрослой жизни. – Ричарду стало ясно, что она готова страстно отстаивать свою точку зрения. – Какой от этого вред – обычно? Почти никакого. Однако в тот раз все было по-другому. Верно, мадам? – И напарница опустилась на колени перед Элизабет Менар.
Та лишь молча кивнула.
– Не будем заострять внимание на тех, кто состоял в коммуне, нам важны две молодые пары: Фабрис Менар с юной женой Элизабет и Себастьен Гроссмаллард с Анжеликой Ройер. Последняя отличалась от других тем, что произошла из богатой семьи, на деньги которой и жили все четверо. Занимаясь тем, чем обычно занимается молодежь: веселились, не думая о последствиях. Вскоре обе девушки забеременели. – Элизабет начала рыдать громче. – И обе от Себастьена Гроссмалларда. – Хьюго склонил голову, крепче прижимая к себе мать. – Фабрис Менар страдал от врожденного порока сердца и не мог иметь детей. И вновь именно Ричард первым это выяснил.
– Стрелял холостыми, значит? – спросил Мартин, с любопытством подаваясь вперед.
В ответ Валери только закатила глаза и продолжила:
– Амбициозный политик Леопольд Ройер не сумел смириться с последствиями поведения дочери для своей карьеры и тайно нанес визит в поселение, требуя, чтобы его закрыли. Гораздо хуже оказалось то, что Анжелика родила девочку, а Элизабет – мальчиков-близнецов. – Сенатор спрятал лицо в ладонях. – Той ночью пары заключили ужасную, просто кошмарную сделку. За которую мы расплачиваемся и поныне, как я полагаю.
Присутствующие какое-то время впитывали информацию, Валери же выдерживала драматическую паузу, позволяя им усвоить услышанное. И давая тем самым возможность Ричарду испытать самодовольную радость. Ведь именно его рассуждения о Бетт Дэвис и Джоан Кроуфорд, поменявшихся ролями и игравших сестер, могли стать ключевым моментом, натолкнувшим напарницу на разгадку.
– В обмен на некоторую сумму, которая позволила Менарам открыть свой бизнес, Ройер забрал у них старшего из мальчиков и вынудил дочь с зятем объявить его своим. И лишь потому, что хотел иметь внука, будущего протеже, ведь девочка не годилась для этой роли! – Валери глубоко вдохнула, чтобы успокоиться. – Ни Элизабет, ни Анжелика так и не оправились от столь чудовищного события. Коммуна распалась, а деньги пошли на то, чтобы выковать блистательную карьеру для Себастьена, гениального шеф-повара. Так были посеяны семена катастрофы.
– Но зачем убивать Анжелику? – Теперь комиссар говорил менее скептично.
