- А что "потом"? - бесцветным голосом переспросил Линар. - Они, конечно, ахали и удивлялись - надо же, они давным-давно решили, что я умер, а я все-таки вернулся. Почти восемь лет спустя! Но у меня было такое ощущение, что кошельку от лорда Ирема они обрадовались больше, чем моему возвращению. Но я их не виню, ты не подумай… Мы почти чужие друг для друга, а живут они ужасно бедно. Я как-то забыл об этом. В доме господина Нарста даже слуги всегда ели досыта. А на побережье сейчас почти нет еды. Им эти деньги пришлись очень кстати. Я прожил там месяц с лишним. А потом представил, что придется провести так весь остаток жизни. Чинить снасти, собирать моллюсков, каждый год с апреля по октябрь опасаться нападения пиратов… Я почувствовал, что не смогу так жить. Когда я думал, что хочу попасть домой - я представлял себе что-то совсем другое.
- Ну и что теперь? Чего ты от меня-то хочешь?.. - спросил Рикс, уже предчувствуя, что расхлебывать заваренную Линаром кашу все равно придется именно ему.
- Я хочу остаться здесь. Может быть, ты уговоришь мессера Ирема…
Севший рядом с Ларом Нойе громко фыркнул, сдув со своей кружки клочья белой пены.
- Уговорит?.. Да коадъютор спустит с тебя шкуру, когда выяснится, что ты снова здесь.
Линар поежился и умоляюще взглянул на энонийца.
- Крикс, ну придумай что-нибудь! Пожалуйста…
Не в силах вынести этот умоляющий взгляд, Крикс отвернулся от своего собеседника.
Накаркал, - сумрачно подумал он. Не далее как этим утром Рикс мечтал о том, чтобы Линар остался слугой Ирема, и вот - пожалуйста. Кто же мог знать, что его пожелание исполнится подобным образом?!
- А если Ирем не возьмет тебя назад? - спросил южанин обреченно.
Лар потупился.
- Я бы мог остаться при тебе…
Услышав это, Нойе засмеялся так, что пиво потекло у него из носа.
- Видишь, Рикс, у тебя уже появляется свой хирд!
- Заткнись, - прошипел энониец. Ему все это совершенно не казалось смешным. - Не нужен мне никакой хирд… а уж из вас двоих - тем более. Чем гоготать, как гусь, лучше придумал бы, что теперь делать с Ларом.
- А в чем проблема? - спросил рыжий легкомысленно. - Если твой Ирем его сразу не убьет, то мелкий может жить со мной. От меня не убудет.
Крикс прикинул - это в самом деле было выходом. И лучше всего было бы оставить Лара с Альбатросом, пока не удастся выяснить, как коадъютор отнесется к самой мысли о возможности принять его назад.
Пока Крикс прикидывал, как лучше будет поднять в разговоре с Иремом вопрос о возвращении его стюарда, в зал ввалась пара новых посетителей.
Первым - как с секундным опозданием сообразил "дан-Энрикс" - был сам коадъютор. Злой, веселый, и, похоже, раненный во время рейда - рукав рыцаря набух и потемнел, а по полу за рыцарем тянулась бисерная россыпь красных капель. Второй человек, которого сэр Ирем втолкнул в комнату вперед себя, жестоко выкрутив ему правую руку, тоже показался энонийцу смутно знакомым. Несколько секунд спустя "дан-Энрикс" вспомнил, что он видел этого юношу на Бурой чайке, когда Айю ранили стрелой. Кажется, его звали Энно. Странно, люди Айи теперь их союзники… так с чего Ирему вздумалось обращаться с этим парнем так, как будто бы он изловил на улице карманника?
Крикс еще не успел задать какой-нибудь вопрос, когда сэр Ирем швырнул на пол какой-то предмет, и тот со звоном отлетел за стойку. А потом выпустил руку парня и весьма бесцеремонно пнул его под зад, отчего тот, шатаясь, пробежал пару шагов вперед и налетел на стол. Снова обретя равновесие, островитянин резко развернулся к своему противнику. Сэр Ирем продолжал стоять в проходе, улыбаясь мрачной приглашающей улыбкой. С пальцев правой руки на пол падали тяжелые алые капли.
- Что за?.. - начал было Нойе, поднимаясь на ноги, но закончить фразу не успел. Бросившийся на Ирема островитянин отлетел как раз под ноги Альбатросу, чуть не сшибив на пол и его, после чего скорчился на полу и глухо застонал. Он крепко прижимал ладонь к лицу, и между пальцев текла кровь.
- Что смотрите? Наверх его, - сквозь зубы приказал сэр Ирем. Нойе с Риксом коротко переглянулись. Когда Ирем говорил подобным тоном, задавать ему вопросы было крайне неразумно, так что они молча подняли островитянина и потащили его к лестнице.
Только доведя шатавшегося Энно до комнаты Альбатроса и кое-как усадив его на узкую кровать, "дан-Энрикс" с Нойе вспомнили, что Лар остался в нижнем зале. В момент появления мессера Ирема он, надо полагать, по своему обыкновению сжался в комок в каком-нибудь углу, но уж теперь-то рыцарь, надо полагать, его заметит.
- Может быть, спуститься?.. - неуверенно предположил "дан-Энрикс". - Объяснить мессеру Ирему, в чем дело…
- Сами разберутся, - отозвался черствый Нойе. - Лучше последи, чтобы этот герой не пачкал кровью и соплями мой матрас. А я пока найду воды и пару старых тряпок.
