И следователь предпринял еще одну попытку договориться с Катей и засевшим в ее доме преступником.
– Катерина, скажи этому человеку, что мы знаем, он там.
– Тут никого нет.
– Тогда мы входим.
– Не имеете права.
– Катя, о чем ты говоришь? Дом был в собственности у твоего мужа, ты дому не хозяйка. Для этого ты еще должна вступить в права наследства, а это дело многих месяцев. Сейчас дом фактически ничей. Мы войдем, хочешь ты этого или нет. Можешь так и передать этому человеку, что контролирует тебя.
Услышав слова следователя, дядя не стерпел и шагнул к окну. А скорее всего он испугался, что следователь именно так и поступит, как сказал.
– Значит, так, – властно произнес преступник. – Никто сюда не войдет, и никто отсюда не выйдет, пока я этого не разрешу.
– Кто вы? Представьтесь.
– Зубарев. Подполковник внутренних войск. Дядя этой глупышки.
Следователь выглядел озадаченным. Он не знал, верить или нет этому человеку.
– Катерина – это правда?
– Да, – откликнулась Катя. – Это мой родной дядя. Чистая правда.
– А что он делает у тебя дома?
– В гости приехал! – ответил за нее дядя. – Племянница меня к себе позвала.
Следователь был озадачен еще больше. Внешность этого человека казалась очень подходящей, чтобы записать его в подозреваемые, но вдруг он и впрямь подполковник, а значит, коллега? Как бы не вышло конфуза. Да если он еще и дядя по совместительству, вообще некрасиво может получиться. Приехал человек, чтобы поддержать родную племянницу в тяжелой ситуации, а тут они… с оружием его встретили.
Один лишь Ваня, припомнив доверительный разговор с Катей, произнес:
– Это не тот ли самый дядя, который планировал малышку после смерти ее родителей без гроша за душой оставить?
Следователь вновь приободрился.
– Вот оно что! Давняя неприязнь!
А Зубарев заорал:
– Ложь!
– Позвольте нам войти и самим во всем разобраться.
– Нет.
– Мы все равно должны удостовериться, тот ли вы человек, за которого себя выдаете. У нас в поселке за короткое время произошло сразу три ЧП, мы обязаны проверить ваши документы.
– Вы сюда не войдете. Проваливайте.
А когда следователь все же двинулся вперед, Зубарев внезапно заорал:
– Еще шаг, и я ее порежу!
И приставил к горлу Кати нож.
Следователь замер. Что же, по крайней мере, теперь все вновь встало на свои места. Засевший в доме человек был преступником. Тем самым злодеем, за которым они охотились столько времени. Надо было его брать. Но ситуация осложнялась тем, что в руках у этого человека нынче имелась заложница. Следователю не оставалось ничего другого, как вновь вернуться к своим.
– Что-то не похоже, чтобы он собирался сдаваться.
– Да уж. И чего будем делать?
– Говорил я, штурмовать нужно, – снова завел свою песню Ваня. – Он бы и очухаться не успел, как мои ребятки его бы уже носом в землю уложили.
– Ваня, что теперь-то делать? Скажи!
Ваня подумал и не слишком уверенным голосом предложил:
– Сзади разве что попробовать зайти? Пока они тут с Катькой торчат, можно двух-трех ребят в обход послать. Пусть с тылу зайдут.
Но преступник, словно услышав эти слова, прокричал:
– Если попытаетесь войти, все взлетим на воздух. Я заминировал все подходы к дому!
– Вот гад! – с чувством произнес Ваня.
– Врет, должно быть. Откуда у него взрывчатке взяться?
– А если нет? Ядовитые грибы у него были. Порошок, чтобы собакам нюх отбивать, тоже. Вдруг и взрывчатка есть?
– Но зачем же взрывать-то самого себя? Он же первым при взрыве может пострадать.
– А если у него и впрямь башня съехала? Сколько людей положил, человеку со здоровой психикой до такого вовек не дотумкать.
– Что делать-то будем?
– Заложницу спасать надо. С ним уже потом разберемся.
В том, что в первую очередь надо спасать именно Катю, ни у кого из собравшихся сомнений не было. Вот только жаль, что также ни у кого из собравшихся не было конкретного плана, как это предстоит делать.
В это время отец Андрей переживал один из худших моментов в своей биографии. Впоследствии, когда его не раз и не два, а много-много раз подряд спрашивали, что он чувствовал в тот момент, он всегда терялся и не знал, что ответить. В самом деле, что он чувствовал? Один лишь страх. Огромный и всепоглощающий страх. Но не за себя, за себя Андрей совсем не боялся. Страх, который буквально опутал его по рукам и ногам, не давал ни шевельнуться, ни дыхнуть, присутствовал в нем из-за Кати.
Только сейчас, увидев ее, такую маленькую и беззащитную, в руках злодея, Андрей понял, что девушка эта необычайно дорога ему. В один короткий миг до него дошло то, что не доходило до него все эти дни. Ему нужна Катя. Вот нужна, и все тут. Нужна целой, невредимой, живой и здоровой. Нужна на долгие годы. Чтобы вела его дом, рожала его детей, была ему в каждый день и час верной подругой и спутницей.
