В голове сами собой всплыли слова соседки Солоновского: «Давно, еще зимой приходила раза три какая-то девушка… Да, видно, не сложилось». А потом замечание Каменева: «Игорь познакомился с художницей. Но к лету они расстались».
— Ну конечно! Вот когда это могло произойти. — И, обернувшись к Марго, Стриженов сказал уже совершенно спокойно: — Кажется, я знаю, кто и почему убил Солоновского.
Часы на стене в гостиничном номере, маленькие часы на экране ноутбука и часы на телефоне показывали два ночи. «Надо же, какая точность, — подумал Стриженов, — хоть бы одни торопились или отставали. А то идут абсолютно точно, минута в минуту».
Дмитрию не спалось. Он сидел в кресле, прислушивался к тиканью и тяжело дышал. Четыре часа назад Стриженов разгадал загадку реставратора. Думал, что разгадал. Все это время он ждал: вот сейчас фрагменты головоломки перемешаются в его голове, выстроятся по-другому и картинка изменится. Он поймет, что ошибся. Что ответ проще, прозаичнее, обыденнее. Но чем больше он думал, тем больше убеждался в своей правоте. Стриженов разгадал план реставратора, понял, что случилось у водопадов, и нашел убийцу. Казалось, он даже может доказать вину человека, столкнувшего Солоновского со скалы. И все же история выглядела так странно и неправдоподобно, что Дмитрий продолжал сомневаться и искать другое решение.
Больше всего на свете Дмитрий хотел кому-нибудь рассказать о своих догадках, рассказать прямо сейчас, ночью, и убедиться, что он не выжил из ума. Он обернулся и посмотрел на Марго. Она спала, укрывшись одеялом до самого носа.
Понаблюдав за ней какое-то время, Дмитрий вышел в коридор отеля и, поколебавшись с минуту, набрал знакомый номер. Послышались длинные гудки: один, второй, третий…
— Да? — раздался в трубке сонный голос, и Дмитрий в ту же секунду пожалел о своем звонке.
«Что ты творишь, идиот несчастный?» — обругал он себя и уже собрался сбросить звонок, когда в трубке спросили:
— Дим? Ты? Случилось что-то? — Голос стал взволнованным.
— Случилось. Я нашел убийцу. И… я кое-что узнал. Хотел тебе рассказать…
В трубке зашуршало. Дмитрий расслышал на заднем плане приглушенный мужской голос:
— Это он, да? Среди ночи?! Положи трубку! Сейчас же положи! Алиса! — Снова что-то зашуршало. Потом раздались шаги. Резкий щелчок выключателя на стене, мягкий, едва слышный щелчок зажигалки.
— Рассказывай. Если ты позвонил в два ночи, значит, там сенсация. — Лиса, как всегда, все поняла правильно. На другом конце города она закурила и приготовилась внимательно слушать.
Следующий час Стриженов ходил кругами по коридорам отеля и путано объяснял ей, как и до чего он додумался.
— Что скажешь? — спросил он под конец. — Я выжил из ума и это не может быть правдой?
В трубке молчали.
— Лис?
— Погоди, я думаю. — Она говорила очень медленно, осторожно подбирая слова. — Я понимаю, почему ты позвонил. Вся эта история выглядит неправдоподобно. И в то же время все сходится. Но, Дима, тебе нужны хоть какие-то доказательства преступления реставратора. Хоть что-то! Иначе никто не поверит в твою теорию. Даже ты сам в нее не поверишь. Как ты думаешь, он оставил следы?
Стриженов вздохнул.
— Тех следов уже не осталось. Много времени прошло.
— Понимаю. — Она задумалась. — А его убийца мог оставить следы?
Дмитрий нахмурился.
— Где, в Крыму?
— Нет, в Москве. Ты же говоришь, все началось задолго до похода. Началось здесь. Я правильно поняла?
Дмитрий глубоко вздохнул. Конечно, Лиса все правильно поняла. С самого начала у Стриженова было две головоломки, два преступления. И они неразрывно связаны между собой. Вот только одно преступление произошло давно, оно было спланировано и выполнено идеально, как по нотам. Второе случилось совсем недавно, и Дмитрий уже знал, где искать следы преступника…
— Лис, ты гений! Абсолютный гений. И я тебя обожаю. Я даже передать не могу, кто ты для меня! — возбужденно закричал Стриженов.
Она негромко засмеялась.
— Хочешь, скажу?
— Что скажешь?
— Скажу, кто я для тебя. Я тот человек, которому ты можешь позвонить в два часа ночи и рассказать про убийство. А еще я тот, кто тебя выслушает.
— Ну да. Прости, что разбудил. И скажи мужу, — он на секунду запнулся, — скажи, что мне жаль.
В трубке недоверчиво хмыкнули.
— Доброй ночи, Стриж. Уверена, ты все правильно понял про это убийство. Ты найдешь доказательства.
И она отключилась.
Стриженов сел на подоконник, оглядел темную пустынную улицу за окном и задумался над словами Лисы. Все верно, только ей он может позвонить среди ночи. Только она выслушает его и даст толковый совет. Только она поверит в самую безумную идею. «Эх, Алиса, — сказал Стриженов и после короткой паузы запел на мотив старой песни: — Как бы нам встретиться? Как поболтать обо всем? Ах, Алиса, просто не терпится побыть в доме твоем с тобою вдвоем».
