Марин смотрела ему вслед, любуясь густыми черными волосами с проседью и широкими плечами, которые он слегка ссутулил, пока говорил. Она была рада, что наконец сказала ему правду, как советовали отец и врач. Но что-то в реакции Антуана тревожило ее. Правда, она никак не могла определить, что именно.
Сегодня утром врач прощупала опухоль и заговорила уверенным тоном:
– Большинство таких опухолей оказываются доброкачественными, Марин. Нераковые образования в груди очень распространены и не опасны для жизни. Мы возьмем пробу, но беспокоиться незачем. Сейчас назначу вам время. Процедура проходит очень быстро, вы и не заметите, как все будет позади. Вы не боитесь иголок?
Марин покачала головой:
– Нет. Червяков боюсь, морской глубины – тоже. А иголок нет.
Ее гинеколог улыбнулась и объяснила, что радиолог в клинике выполняет эту процедуру с помощью тонкой полой иглы.
– Он возьмет немного жидкости из кисты иглой. Ему, возможно, понадобится УЗИ, чтобы точнее направить иглу. Жидкость потом отправят в лабораторию.
Марин вернулась домой если не счастливая, то по крайней мере успокоенная впервые за несколько дней. Остаток дня она провела, читая нудную, но подробную, написанную в шестидесятых годах прошлого века биографию деятеля, которого она выбрала для своей книги. Зачитавшись, она и не заметила, как прошло время, а потом позвонил Верлак и пригласил ее поужинать. Приглашение пришлось очень кстати, и она, чтобы побаловать себя, сбегала через улицу в «Агнес Би» и купила блузку, на которую давно засматривалась. Можно было дождаться распродажи, но в «Агнес Би» распродажи устраивали редко и только на одежду, которую никто не покупал. Накануне биопсии этот поступок выглядел легкомысленным, но Марин требовалось отвлечься. Собираясь в ресторан, она надела только что купленную блузку в розовых розах, белые джинсы и сандалии из тонких ремешков на плоской подошве.
Она отпила глоток белого вина, но поспешно поставила бокал, едва увидев, с каким лицом Верлак поднимается на террасу, закончив говорить по телефону.
– Неважно выглядишь, – сказала Марин. – Что случилось?
– Интуиция тебя не подвела, – ответил он, садясь. – В Ронь нашли труп женщины.
– Еще один? – Марин затошнило.
– Да. Ее изнасиловали и задушили, как мадемуазель Монмори, ту девушку из Эгюийя. – Верлак откинулся на спинку стула. – Аппетит пропал. – Он вдруг понял, что сопровождать Марин утром к врачу не сможет: придется отправляться прямиком во Дворец правосудия.
– У меня тоже, – кивнула Марин. – Может, отменим остальной заказ?
Верлак кивнул и ушел в зал.
– Все уладилось, мы можем идти, – объявил он, возвращаясь. – Готовить основное блюдо для нас даже и не начинали.
Он оставил сложенные столбиками монеты в один евро на столе в качестве чаевых и направился к машине рука об руку с Марин.
– Так почему ты мне сразу не сказала? – спросил он.
– Думала, что могла ошибиться, – честно ответила Марин.
Верлак кивнул.
– Постараюсь сходить с тобой к врачу завтра утром.
– Это совсем не обязательно, – заверила Марин. – С этим новым убийством твое присутствие потребуется на работе. – Как наяву, она услышала голос Сильви: «Мученица!» – и сменила тему: – А городок и вправду живописный…
Верлак смотрел на Марин, гадая, о чем она думает на самом деле.
– Да, – согласился он. – И совсем рядом с Эксом.
– Шеф не расстроился, что мы ушли? – спросила она.
– Я пообещал, что мы вернемся и приведем друзей. Может, Жан-Марка и Пьера?
Марин остановилась возле «Порше» старой модели, принадлежащего Верлаку.
– Отлично. Или пригласим Хосе и его жену Карме.
– Это мысль. Ты беседовала с ней всю вечеринку, – вспомнил Верлак. Он понимал, что им обоим хочется поговорить о чем-нибудь другом, несерьезном, хотя бы несколько минут.
– Да, она очень веселая и жизнерадостная. А не вкрадчивая, как этот Филипп Леридон. Бр-р!
– Он же сосед мадам Даррас, – нахмурился Верлак. – Надо бы побеседовать с ним.
– Когда умерла эта женщина из Ронь? – спросила Марин, садясь в машину.
– Доктор Буве проведет вскрытие завтра утром, – ответил Верлак. – Но по его мнению, труп пролежал в доме убитой как минимум два дня, а может, и все три.
– Кто ее нашел?
– Ее бывший друг, который приехал, потому что она не отвечала на его звонки. Так что мы имеем убийцу, который уже совершил два изнасилования и одно убийство. Конечно, если это один и тот же человек. – Верлак умолк, ведя машину по извилистой дороге от Вантабрана до ровного национального шоссе, протянувшегося через долину до Экса. – Я бы хотел, чтобы ты ночевала у меня, пока мы его не поймаем, – наконец высказался он.
– Ладно, – кивнула Марин. – Если ты ненадолго припаркуешься во втором ряду возле моего дома, я сбегаю за вещами.
– А Сильви еще не вернулась из Межева? Она сможет пойти с тобой в клинику завтра, если я все-таки не сумею?
– Она могла бы, но завтра у Шарлотты начинаются занятия в школе.
Верлак заметил:
– Воображаю себе приезд из такого сказочного места, как Межев.
– Вот поэтому она превосходная лыжница, – ответила Марин.
