Довольно трудно было взобраться на борт раскачивавшегося во все стороны брига, и нам пришлось подняться через бак. Как только мы ступили на палубу, нас как будто охватило какой-то тяжестью. Не произнося ни звука, мы медленно двинулись на корму, плотно сгрудившись. Это была плавучая могила, у нас захватывало дыхание. И, идя по палубе, мы чувствовали, что ступаем по крышке гроба.
Проход по палубе на корму был загорожен камбузом и кладовой, и мы не могли видеть кормовой палубы, пока не ступили на нее. Форбс шел впереди и первый обогнул кладовую. Когда он вышел туда, он вдруг остановился как вкопанный, с перехваченным от изумления дыханием, и глаза его чуть не вылезли на лоб.
Он не мог говорить и только указал рукой. Мы взглянули.
Перед штурвалом стоял открытый ящик, а около него сидел человек. Он вполголоса то бормотал что-то самому себе, то невнятно произносил проклятья. Глаза его горели и блестели, как у змеи. И все время он нагибался к ящику, засовывал туда руки, вытаскивал пригоршни кусочков золота и злобно бросал их затем через борт акулам. Он, казалось, совершенно не обращал внимания ни на нас, ни на «Гермозу», и продолжал безостановочно лепетать, бесноваться и бросать золото за борт.
Это и был Л. М. Грент.
Бешеный, совершенно нечеловеческий вопль вырвался из группы людей, окружавших меня. Как дикие звери, они прыгнули вперед и бросились к ящику с золотом.
Но Грент уже сделал свое дело, – ящик был пуст.
Увидев нас, Грент вскочил, его рука с блеснувшим в ней лезвием ножа с быстротой поднялась к горлу, и он упал ничком на палубу.
Как кучка муравьев, команда «Гермозы» расползлась тогда по бригу, проникая во все его щели и самые потайные места. Стоя на палубе, я ясно мог слышать шум, который они производили, переворачивая ящики и срывая доски в поисках золота, и раз или два их дикие вскрикивания, когда они натыкались на мертвые тела.
Но все золото «Мэри Коллен» было за бортом, и они вернулись, беснуясь от ярости и разочарования. Счастье капитана Грента, что он таким образом покончил с собой, иначе, я уверен, они в бешенстве разорвали бы его на куски.
Мы сошли с брига на шлюпку и направились обратно к «Гермозе». Затем поставили паруса и, взяв курс на Фриско, бросили «Мэри Коллен».
Что другое должны были мы сделать? Похоронить мертвых можно было только с риском заразиться.
