– Верно. Что касается биологического оружия, то оно запрещено конвенцией 1971 года, – резюмировал Синклер. – Кто напомнит основные положения? Да, Токамото.
– «Каждое государство обязуется никогда, ни при каких обстоятельствах не разрабатывать, не производить, не накапливать, – начал цитировать Исихару, – не приобретать каким-либо иным образом и не сохранять: во-первых, микробиологические или другие биологические агенты или токсины, которые не предназначены для профилактических, защитных или других мирных целей. А во-вторых, оружие, оборудование или средства доставки, предназначенные для использования таких агентов или токсинов во враждебных целях или в вооруженных конфликтах».
– Потрясающе. Да, верно. Практически слово в слово запомнили. Народ, кто-нибудь мне расскажет, как и для чего мы тут заморачиваемся с этими питательными средами? Давайте по цепочке. Обед скоро, да? Помним? – постучал по циферблату у себя на часах Синклер.
– Чтобы бактерии хорошо росли, питательный раствор должен быть насыщен белками и углеводами. Создать правильный раствор – это целое искусство, – задумалась Рита, опуская руку.
– А чтобы определить количество тех же углеводов, белков и прочих составляющих, мы делаем полный химический анализ этого раствора, – подхватил Имон.
– Далее делаем посев, чтобы узнать, насколько микроорганизмы жизнеспособны, – добавила Лия.
– Кислотно-щелочной баланс надо ж ещё проверять, соотношение солей там… аминокислот. Это же важно, – вставил словечко Макс.
Синклер засмеялся и похвалил за находчивость:
– Да, это очень важно! Вы ничего не забыли?
– Процесс размножения бактерий должен производиться в стерильных условиях, – сказал Феликс.
– Да, к тому же сам процесс посева достаточно сложный, потому что существует множество факторов, влияющих на рост бактерий, – добавил Хан.
– Кроме химического состава питательной среды, нужно дополнительно следить за температурой и уровнем кислорода, чтобы микроорганизмы не погибли. Они такие хрупкие… – самым последним высказался Алекс.
– Мы все хрупкие, не так ли? – полуулыбка тронула лицо Синклера.
Алекс молча кивнул. Он сидел у окна и невидящим взглядом уставился на проектор. Будто видел что-то или даже смотрел сквозь него. Ребят Алекс часто пугал своими рассказами о невероятной концентрации призраков в этой части здания.
Когда в аудиторию без стука ворвалась Сонька, друзья притихли, даже Синклер перестал улыбаться.
– Чего так долго? Мы тебя там внизу на чай ждём, – весело сказала она.
– Без меня не начинать! И дверь за собой закрой.
Некоторое время Синклер сидел, уткнувшись в бумаги. В срочном порядке заполнял экзаменационные листы.
– Что ж. Вы все максимально полно ответили на мой вопрос. Думаю, что на сегодня хватит. Вы успешно сдали экзамен и прошли первый этап учёбы. Поздравляю! – захлопал в ладоши Синклер, закончив с писаниной. Неужели ему так не терпелось сходить на чай с такой малоприятной личностью, как Сонька?
«Что? Так просто? Это всё?»
Ребята с удивлением переглядывались, не думая, что они так быстро с первым экзаменом разделаются.
– Марш на обед! Ах, да. Имон, какие у тебя мысли по поводу святочной недели и Хэллоуина? Давай обсудим! А костюмы, что с костюмами? Ведь это важно.
– Да, я согласен. Мы ещё не обсуждали, если честно. Но я на сто процентов уверен, что Алекс будет в костюме привидения, ведь они ему так нравятся, – сказал Имон, хлопнув уходившего Алекса по плечу. Тот вымученно улыбнулся, но молча вышел из аудитории вслед за остальными.
* * *
