– Полная изоляция. Заблокировать все карточки доступа, кроме моей. Очистить жесткие диски, распечатки свалить в контейнеры для опасных отходов, начать эвакуацию. И приведите ко мне моего чертового пленника.
Он оборачивается ко мне, хватается за ворот костюма пальцами, похожими на сосиски, и подтягивает меня к себе. От него разит свиной рулькой и копченым угрем, куски которого торчат между зубов еще с обеда.
– Мне кажется, мы с тобой еще не разобрались, Агент 13.
Вдруг Доктор Фаустус превращается из отвратительного мужика с вонью изо рта в авторитетного наставника. Все, что он говорил, обрело для меня смысл. Я знаю, что любой его приказ в моих интересах. Я счастлива доставить ему радость.
Но раз так, откуда это ноющее ощущение?
Он достает из кармана пиджака знакомое на вид оружие и засовывает его в кобуру у меня на поясе.
– Ты солдат, Агент 13. Ты четко выполнишь свою задачу, так ведь?
– Конечно, Доктор. Я всегда сделаю выбор в пользу нашей задачи.
– Хорошо.
Он все еще держит меня за ворот и тащит по коридору вслед за собой. Повсюду мигают лампочки, мимо нас бегут тяжеловооруженные отряды охраны. Я слышу выстрелы, автоматные очереди и высокий свист новейшего энергетического оружия. Я стараюсь держать темп неуклюжего бега Фаустуса, но поспевать за ним получается, только спотыкаясь. Почему он не отпускает? Ведь единственное мое желание – служить ему.
У Фаустуса несколько дубликатов карточки доступа, но все равно ему приходится пошарить по карманам. Он нащупывает карту, и мы попадаем в убежище. На самом деле это гараж камуфлированного транспорта РЕЙДа – корявые низенькие аппараты с короткими крыльями и гладкими сочленениями, которые меньше заметны на радарах. Самолет стоит на площадке, уходящей вверх по тоннелю, который, вероятно, кончается в одном из заброшенных зданий близлежащего промышленного района. Под хвостом самолета открыт вход, и техники поспешно загружают последние элементы системы защиты, пока запускаются турбинные двигатели. Пилот на трапе проверяет хронограф на запястье. На побег остается минут пять в лучшем случае. Я ясно вижу всю эту картину, и она меня ничуть не трогает. Вот как бывает, когда твоим сознанием управляет кто-то другой.
К Фаустусу подбегает один из связистов.
– Доктор, ваш пленник сбежал. Мы дали ему успокоительное, отключили от сдерживающего устройства и одели в укрепленную адамантием смирительную рубашку, но он одними ногами уложил два отряда охраны.
К счастью для связиста, у Фаустуса в руках нет оружия, иначе он обзавелся бы дымящейся дырой во лбу. Я рада, что Доктор зол не на меня. Мне хочется доставлять ему только удовольствие. Фаустус протягивает мне один из пропусков.
– Агент 13, у тебя три минуты, чтобы схватить Зимнего солдата и доставить его сюда. Больше ждать ни секунды не можем.
Я не трачу времени на ответ. Бегу со всех ног в сторону неразберихи, развернувшейся в коридоре, сквозь толпу бегущих техников.
– Шэрон, поторопись. У тебя меньше 90 секунд, чтобы его найти и…
– И спасти. Да, надо его спасти.
– Нет, приказ был другой. Схвати его и приведи ко мне.
– Но вы его убьете.
– Подчиняйся приказам, Шэрон. Помнишь, ты убила Стива Роджерса, который для тебя был куда важнее. Этого ты тоже убьешь, раз я прошу, так ведь?
Я осознаю, что сижу на коленях на полу в коридоре. Волнами накатывают тошнота и мышечные спазмы. Нужно следовать приказам. Нужно спасти Баки. Мозг будто разделился надвое. Я не могу ослушаться Фаустуса, но Баки был… о боже, Баки. «Я что, зову его вслух?»
– Шэрон, я здесь. И все нормально.
Он стоит надо мной. Все лицо в синяках и кровоподтеках. Руки скованы адамантиевыми тросами. Ботинки залиты кровью. Баки.
– Давай-ка выбираться. Однажды я подвел Кэпа – у входа в зал суда, но сейчас все исправлю.
«О, Баки, это не та ситуация, когда два минуса дают плюс». Но этого я ему не говорю. Он доверчиво и открыто смотрит на меня.
– Пойдем, Шэрон. Соберись, давай подорвем этот гадюшник. Я знаю, ты до сих пор где-то там.
– Да, я здесь, но командую не я.
Я достаю нейронный нейтрализатор, который мне отдал Фаустус, до упора давлю на переключатель и жму на спусковой крючок. Баки трясется на полу, когда два солдата РЕЙДа помогают мне донести его до самолета, на котором можно сбежать. Наше отступление, без остановки отстреливаясь, прикрывает охрана. Сокол и Черная Вдова всего метрах в пятидесяти от нас. Я заставляю себя о них не думать, иначе кружится голова.
Баки грубо бросают в самолет. Гидравлические замки запирают трап, и мы с нарастающей скоростью едем по взлетной полосе. Заряды взрывчатки разносят здание, прикрывающее выход для побега, и, пока мы набираем высоту, по фюзеляжу стучат обломки кирпича и деревянных балок. Я стараюсь пристегнуться как можно крепче, глядя на то, как Баки катается из стороны в сторону, когда мы попадаем в восходящие потоки воздуха. Пилот пытается перекричать мотор:
– Один из них летит за нами и догоняет!
