Хель стояла у калитки небольшого частного дома. Не коттеджа, не таун-хауса, а самого простого домишки. Правда, довольно аккуратненького, свежепокрашенного, с целым и не покосившимся забором. Последний частный дом, куда ей довелось наведаться, привел писательницу в состояние шока и омерзения. Но ту хибару, где когда-то жила парочка психов, убивших невесту Олега, сейчас даже вспоминать было несправедливо. Здесь все намного приличнее, пусть Хель в принципе не любит частные дома. Но не суть, главное, чтобы тут люди хорошие жили.
А жить здесь должна была некая Лёля. Та самая, чей номер телефона был в смартфоне Надюшки. Еще одна девушка из центра «Феникс». Только в отличие от остальных знакомых Мышки эта Лёля появилась в списке погибшей не полгода назад, а давно. И это что-то да значило. По крайней мере, для Хель.
Девушка ожидала от этой встречи многого, потому решительно нажала на кнопку звонка, приделанного к калитке, заранее распрощавшись с тонкими шпильками своих сапожек. Позвонила и стала ждать, спокойно осматриваясь по сторонам.
Калитку открыли быстро, будто хозяева кого-то ждали. Хотя… только это и могло навести на подобную мысль. Выражение лица появившейся перед Хель молодой женщины скорее свидетельствовало об обратном. Лёля была ровесницей своей гостьи, выше ее на полголовы, худенькая, немного нескладная. И очень взвинченная. А еще… заплаканная. Последний факт писательницу насторожил.
– Что? – с вызовом, нервным, если не сказать истеричным, осведомилась Лёля, откидывая назад копну рыжеватых волос. – Еще один психолог?
– Не дай бог! – выдала Алиса, даже обидевшись на такое предположение.
Ее ответ Лёлю почти рассмешил. Вернее, в других обстоятельствах рассмешил бы точно, но… Сейчас девушка только хмыкнула и чуть отступила назад, пропуская Алису во двор.
– А вы нуждаетесь в помощи психолога? – с легким намеком на иронию осведомилась гостья, следуя по тропинке к резной веранде, украшающей дом.
– Не уверена. – Это прозвучало даже несколько агрессивно. – Проходите на кухню.
Хель послушно отправилась туда, чуть стуча каблучками по деревянному полу. Вообще, в доме было чисто, светло и уютно. Нормально, хотя частный дом все равно не заслуживал у писательницы полного доверия и расположения.
– И что хотел от вас психолог? – полюбопытствовала писательница.
– Не спросила, – стервозным тоном отозвалась Лёля. – Это просто одна дура, которая думала, что я ее не помню. Но ее ждал сюрприз. Особенно когда она сама вспомнила меня!
Хозяйка дома зло усмехнулась, а потом сменила тему.
– Если не психолог, то кто? – поинтересовалась она у гостьи. – Из полиции?
– Не совсем, – честно призналась Алиса. – Хотя я вроде как у них консультант. В отделе, где работала Надюша. Важнее, что я ее подруга.
– Ты Хель, – с облегчением выдала Лёля. – Надя о тебе говорила. Я даже брала у нее пару твоих книг. Мне понравились.
– Спасибо, – рассеянно поблагодарила писательница. – Откуда ты узнала? И когда?
Уточнять, о чем она спрашивает, не имело смысла. На глазах хозяйки дома тут же выступили слезы. Девушка резко отвернулась и зло вытерла их рукой.
– Вчера вечером позвонила Ольга, – глухо произнесла она. – И сказала… что убили… Тело пока не отдают… Даже не сказала как…
Хель очень хотелось уточнить, так ли важно, как конкретно убили Надюху, но сдержалась.
– Пока идет следствие, подробности не разглашаются. – Слова прозвучали слишком формально, и Алиса поморщилась. – Извини… Просто… Я ее видела, после… И…
– Ты меня извини. – Лёля наконец-то справилась с собой. – Я поняла. Это тот же, кто остальных девочек, да?
– В каком-то смысле, к счастью, нет, – нехотя выдала Алиса. – Так, значит, ты в курсе Надюхиного расследования?
– Это наше с ней расследование, – уточнила Лёля. – Было… И… Да какое там!
Она вдруг взмахнула руками.
– Никакого расследования, по сути, и не было, – сказала она грустно. – Мы просто хотели найти всех и предупредить. О нем… Но если это не он, то кто? И тогда за что?
– Пока никто не знает, – осторожно заметила Алиса. – А можно подробнее? Почему вы вообще во все это ввязались?
– Из-за Лизы, – чуть помолчав, неохотно стала рассказывать Лёля. – Точнее, из-за того, что ее не стало. В этот раз мы ее не уберегли…
Олег уже не первый раз видел такое: когда люди стареют буквально у тебя на глазах. Он бы не признался, но в тот момент, когда сидящая напротив него сильная, уверенная и в целом, несмотря на возраст, красивая женщина под гнетом горя вдруг теряет весь свой лоск, сгибается от свалившейся на нее потери, начальник управления растерялся. Это было слишком. Как-то… несправедливо, угнетающе, неправильно.
– Она же мне обещала, – закрывая лицо ладонями, сказала Людмила Владимировна. – Что не будет никаких расследований. Что при малейшей опасности она пойдет к вам!
Ее голос сорвался. Олег нахмурился. Его снова охватило раздражение, даже злость. На Надюху и на себя. Она должна была прийти к нему, тогда осталась бы жива. Или хотя бы позвонить… Как он ненавидел это чувство беспомощности и вины! Наверное, так же сильно, как эта женщина.
