Вампир стоял и совершенно спокойно смотрел на летящий в него луч пламени. Огонь перемещался плавно и ровно, ничем не выдавая своей смертельной опасности для всего живого, и, на что надеялся Астерот, неживого. Несмотря на то, что микропортал позволил сбежать с линии атаки, кожа горела под волнами тепла.
Чуть замедлившееся время вернуло себе нормальный темп, и вместе с ним появились звуки. Оглушительно ревел Микторат, шипело голубое пламя. С ослепительной вспышкой струя огня соприкоснулась с доспехами Аннедерто. Послышался звук падающего тела. В глазах потемнело. Видимо, не стоило смотреть на обугливающееся за доли секунды тело.
— А ты подрос,
— Ни за что. — Наверное, будь Микторат человеком, он бы сейчас презрительно сплюнул. Но скелет не производил слюну, так что ему оставалось только одно — говорить максимально презрительно, чтобы его отношение к предложению «брата» было максимально понятно. — Ни за что я не оставлю Его и не предам. Твои слова пропитаны наглой ложью, ведь никто не сможет справиться с Ним!
— Ошибаешься, мой набожный родственник. Фликия вместе с папой сейчас готовят прекрасный, ммм... ритуал, что позволит тебе вознестись! Ты станешь не обычным Личем, и даже не Архиличем! Тебе всего лишь надо пойти за мной, вернуться к своей семье...
— Ты уже слышал мой отказ. Сколько там тебе? Сто пятьдесят? Двести? Молодой ещё, слух ещё не должен начать портиться.
— Ах, какие мы язвительные. — Аннедерто махнул рукой, закованной в чёрную стальную перчатку, и обугленные трупы, лежащие земле, растворились, впитавшись в тело Высшего. Итак красные глаза, казалось, стали светиться алым. — Я разберусь с тобой сам. Зря только прислугу переводить... И да, если уж ты такой забывчивый — мне триста. — Лира позади Астерота сдавленно усмехнулась, но Восьмой Клинок это услышал и повернулся. — Тебе смешно, смертная?! Как...
— Арт’Энзил, внемли словам моим! — Перебил его некромант. — Эта грешная погань посмела осквернить Имя Твоё премерзким языком своим! Он повинен во многих преступлениях и зверствах, порочащих и унижающих Тебя! Волей Твоей, я покараю его!
Прошла секунда. Прошло две. Три. Четыре. На пятой вампир, до того закрывший ладонями лицо, рассмеялся:
— Что же ты, брат, барьеры не видишь? Твой низший божок не услышит молитвы твои «во имя его». — Вампир ухмыльнулся, и позади него выросла угольно-чёрная дымчатая стена. — Теперь нас с вами вообще никто не услышит...
Аннедерто расставил руки в стороны, и стена позади него начала светиться ярко-красным светом. В глубине её, казалось, жило что-то настолько страшное, чего никогда этот мир не видел. Астерот вновь коснулся кулона на шее.
«Огрызок, или как там тебя, что это?» — мысли, конечно, у тебя быстрые и скомканные, но понять можно. Глупенький, это пока что маленькая, но всё-таки дырка в Великое Ничто. Знаешь, я не рекомендую тебе это место — ты там не протянешь и секунды. Ну, по крайней мере, в физическом воплощении.
Убрав от медальона руку, Астерот дал мне возможность вернуться к работе. А ведь я чуть не упустил самое интересное!
Вампир запел. Песня была на странном, никому не знакомом языке и больше походила на хрипы припадочного психа. Но на эти хрипы, иногда сменяющиеся воплями и чем-то, отдалённо напоминающим попытку вдохнуть, реагировало что-то за дымчатой стеной. Сквозь дым виднелась уже не одна и не две красные точки, и вскоре стало ясно, что это — капли крови. Астерот понял это, когда мимо него на огромной скорости пронеслась и вонзилась в стену одна из них. Сразу же, не задумавшись ни на секунду, он отправил приказ Шианхуту, и тот тут же сорвался с места, устремив острия мечей в грудь Вампиру. Микторат среагировал чуть быстрее, и поэтому в броню Аннедерто устремился ещё и пучок молний.
На бледном лице заиграла улыбка, когда потрескивающие разряды расползлись по доспеху, не причинив особого вреда. Странное пение не прерывалось, и из дымчатой стены вылетали всё новые и новые рубиновые иглы. Шианхуту ничего, конечно же, не грозило — чуть поглощающие свет доспехи Кайхирия не пропускали вражеские снаряды, но у остальных такой брони не было, так что Астерот, нисколько не сожалея, подставил Шиана под атаку. Иглы застучали по металлу, как ливень по подоконнику.
