— Да, и многим магазинам,— подтвердил Висарт.— Ко мне просто присылали счета на все, что она брала, и я'оплачивал их. Самой худшей была история с музеем. Я был в числе директоров, и нам пришлось временно закрыть музей, так мы считали, что банда подростков разворовала археологическую витрину. И вдруг, когда мы собрались идти на обед, появилась Хильда, увешанная с ног до головы античными украшениями. Конечно, я вернул их в музей, но было ужасно трудно замять все это дело.
Висарт говорил без горечи и теперь стал больше нравиться Хагену.
— Как видите, я полюбил ее к своему несчастью.
— К своему несчастью — это верное определение, если речь идет о Хильде. Это относится и к ней самой, и к ее близким.
Только теперь он многое узнал о своей бывшей жене, а узнав, мог бы и простить.
— Я должен был догадаться о ее слабости. Может быть, я это и заметил, если бы мы жили нормальной супружеской жизнью, и тогда я бы постарался ей помочь. У нее не было любовников. Все подарки, какие она получала и не говорила от кого, были ею украдены. Она не могла удержаться, когда видела что-то красивое. И она предпочла, чтобы я считал ее неверной, чем признаться в своей слабости.
Хаген печально усмехнулся.
— Вероятно, она понимала, что между нами так или иначе все было кончено.
— Не думаю, что вы могли ей помочь,— заметила миссис Висарт.— Никто не мог ей помочь, потому что она не хотела помощи. Когда я ей это предложила, она рассмеялась мне в лицо.
— Мы все пытались ей помочь,— промолвила Эвис Гил.
Хаген внимательно посмотрел на молодую женщину.
— Интересно,— заметил он,— Это входило в ваши обязанности?
Эвис не испугалась.
— Нет, я делала это из дружеских чувств.
— Дружеских чувств к кому?
— Довольно! — запротестовала миссис Висарт.— Мне кажется, понятно, что все мы хотели помочь Хильде.
Висарт вздохнул.
— Ну, теперь она успокоилась,— сказал он будто с завистью.
— Джек тоже,— добавил Хаген.— Я прошу, чтобы кто-нибудь рассказал мне о нем.
Желающих не нашлось.
— Ну хорошо, тогда начну я сам,— продолжал Хаген.-— Во-первых, вы мне вчера вечером солгали, Висарт. Правда, я не ожидал от вас искренности, так как почти принудил вас нанять меня. Вы говорили мне, будто нашли этот дневник вчера. Это неверно, потому что именно дневник явился причиной вашей поездки в Лос-Анджелес. Когда вы его нашли в действительности?
— На последней неделе конечно,— ответила вместо сына старая дама.— Я его нашла, Хаген. Я случайно проходила через комнату Хильды.
— Я полагаю, вы хотели проверить, хорошо ли убралась в углах ваша домработница,— сказал Хаген.— Наверно, этот дневник лежал не на виду.
— Он был спрятан в шкафу в шляпной коробке,— лукаво засмеялась миссис Висарт.— Я сунула туда свой нос, нашла книгу, прочла ее и оставила у себя. Мать имеет некоторые права, знаете ли, Хильда не проронила ни слова.
— Возможно, она не хватилась этой книги.
— Мать, конечно, рассказала мне об этом, и вы можете себе представить мою реакцию,— сказал Висарт.— Я готов был простить Хильде ее клептоманию — это ведь болезнь, и только так ее следует рассматривать,— но я не мог примириться с убийством. Что бы вы" сделали на моем месте, Хаген?
— То же самое, что и вы. Я бы поехал в Лос-Анджелес.
— Да, я поехал в Лос-Анджелес. Мне необходима была помощь, нужен человек, не спускающий с Хильды глаз, пока я не приму решения, как поступить в сложившейся ситуации.
С неуверенным видом он потер лоб.
— Наверно, мне следовало тотчас пойти в полицию. Тогда, возможно, она была бы жива. Но мысль увидеть ее за решеткой, эти разговоры...
— Это очень плохо отразилось бы на Оукмар-проекте.
— Да,— чуть улыбнулся Висарт.— Не буду утверждать, что не думал об Оукмарс. Работа для меня важнее всего, Хаген. Оукмар — мой большой риск, и если он не удастся, я тоже прогорю. Разве я мог тотчас пойти в полицию, не подумав о своей жене, о своей репутации, о будущем всей моей семьи.
— Не мне об этом судить. Во всяком случае, вы не пошли в полицию.
— Вместо этого я нанял частного детектива. Я полагал, что вернее избегу скандала, если найму человека из Лос-Анджелеса, а не здешнего.
Висарт вздохнул и сделал безнадежное движение рукой.
-— Это только показало, как сильно можно ошибаться.
— Идея была совершенно правильная. Ошибка заключалась в том, что вы неудачно выбрали человека. Как случилось, что вы наняли Джека?
— Я просто разыскал его в телефонной книге,— объяснил Висарт.— Он казался порядочным и вел себя очень прилично. Не задавал лишних вопросов и произвел впечатление надежного человека. До сих пор я не имел дела ни с одним частным детективом'. Вероятно,' мне надо было прежде собрать о нем сведения.
— Конечно, это нужно было сделать,— подтвердил Хаген.— По тому, что мне сообщили знакомые из Лос-Анджелеса, у Джека Ферейры была очень плохая репутация. Его выгнали из полиции и один раз уже отбирали лицензию. Ему удалось вернуть ее, так как от обвинения отказались. Но это показывает, что за человек был он.
— В этом я уже давно убедился.
— Да, вероятно.