– На пресс-папье будет либо чисто, либо слишком много, но попытайся, Бейли, попробуй, – сказал Аллейн, кружа по комнате и глядя в пол. Подойдя к окну, он остановился. – Фокс! – позвал он. – Улика. Самое что ни на есть вещественное доказательство.
– Что там? – спросил Фокс.
– Случайный клочок промокашки, не меньше. – Взгляд Аллейна поднялся по краю оконной портьеры. – Неужели глаза меня не обманывают?
Он взял стул, встал на сиденье и рукой в перчатке стянул наконечники карниза для портьер.
– Взгляните. – Аллейн вернулся к радиоприемнику, снял бакелитовые ручки и положил рядом с наконечниками.
Десять минут спустя инспектор Фокс постучал в гостиную. Дверь открыл Гай Тонкс. Филиппа развела-таки огонь в камине, и вся семья собралась вокруг. Тонксы выглядели так, будто никто из них уже долгое время не двигался и не произносил ни слова.
Первой заговорила Филиппа, обращаясь к Фоксу:
– Вам нужен кто-то из нас?
– Если можно, мисс, – ответил Фокс, – инспектор Аллейн хотел бы перемолвиться словечком с мистером Гаем Тонксом, с его позволения.
– Я приду, – сказал Гай и первым пошел в кабинет. У двери он остановился. – А он… отец… так там и…
– Нет, сэр, – успокаивающе заверил Фокс. – Там его уже нет.
Выпрямившись, Гай вошел в кабинет в сопровождении Фокса. Аллейн в одиночестве сидел за письменным столом. При виде вошедших он поднялся.
– Вы хотели со мной говорить? – спросил Гай.
– Да, если можно. Случившееся стало для вас огромным шоком. Не желаете ли присесть?
Гай сел на самый дальний от радиоприемника стул.
– Что убило моего отца? С ним случился удар?
– Врачи пока не знают точно. Необходимо провести вскрытие.
– Господи боже! И следствие?
– Боюсь, что да.
– Это ужасно! – яростно сказал Гай. – Что за причину подозревают эти коновалы? Почему, черт побери, они напускают на себя столько таинственности? Отчего он скончался?
– Специалисты полагают, что от удара током.
– Как все произошло?
– Мы не знаем. Очевидно, током его ударило от радиоприемника.
– Но это никак невозможно, там же защита «от дурака»…
– Это если в них не ковыряться.
Гай чуть заметно вздрогнул. Затем в его глазах появилось облегчение, и он словно расслабился.
– Ну конечно, – произнес он. – Он вечно лазил внутрь. Что он там замкнул?
– Ничего.
– Но вы же сказали, если его убило током, значит, он ковырялся в приборе!
– Если кто-то и переделывал схему, сразу после случившегося все привели в порядок.
Рот у Гая приоткрылся, но он ничего не вымолвил. Лицо его побелело.
– А ваш отец, как вы понимаете, – продолжал Аллейн, – сделать это уже не мог.
– То есть он умер не из-за приемника?
– Причину смерти мы надеемся установить во время вскрытия.
– Я ничего не смыслю в радиотехнике, – вдруг сказал Гай. – Я просто не понимаю. Это какая-то бессмыслица. Никто к приемнику не прикасался, кроме отца. Он над ним трясся. Мы и близко не подходили.
– Понимаю. Он был радиолюбителем?
– Да, это его единственное увлечение, помимо… бизнеса.
– Один из моих людей разбирается в технике, – заметил Аллейн. – По его словам, приемник замечательно хорошего качества. Вы, по вашим словам, не знаток. А кто еще в доме технического склада?
– Мой младший брат одно время увлекался, но забросил. Отец не позволил держать в доме еще один радиоприемник.
– Возможно, ваш брат чем-нибудь нам поможет?
– Но если приемник уже в порядке…
– Нам необходимо изучить все версии.
– Вы так говорите, будто… будто…
– Я говорю так, как обязан говорить перед началом расследования, – сказал Аллейн. – Кто питал неприязнь к вашему отцу, мистер Тонкс?
Гай вздернул подбородок и отчеканил, глядя Аллейну прямо в глаза:
– Почти все, кто его знал.
– Это преувеличение?
– Нет. Вы ведь думаете, что его убили.
Аллейн неожиданно показал на письменный стол рядом с собой.
– Вы раньше видели эти вещицы? – резко спросил он. Гай уставился на две черные шишечки, лежавшие в пепельнице.
– Эти? – переспросил он. – Нет. А что это?
– Я считаю, это орудия преступления, способствовавшие наступлению смерти вашего отца.
Дверь кабинета открылась, и вошел Артур Тонкс.
– Гай, что происходит? Мы не можем целый день сидеть в гостиной, я этого не выдержу. Бога ради, что с ним случилось?
– Копы считают, что его убили эти штуки, – ответил Гай.
– Эти? – На долю секунды взгляд Артура метнулся к карнизам, веки дрогнули, и он вновь отвел глаза. – Что вы имеете в виду? – спросил он у Аллейна.
– Попробуйте надеть любой из этих наконечников на стержень регулировки громкости.
– Но они же металлические! – замялся Артур.
– Приемник отключен, – подсказал Аллейн.
Артур взял из пепельницы кругляш, повернулся к приемнику и надел наконечник на один из выступающих стержней.
– Слишком свободно, – тут же сказал он. – Он бы свалился.
– Нет, если его чем-нибудь набить – например, промокательной бумагой.
– А где вы их взяли? – требовательно спросил Артур.
– Вы же узнали эти шарики, разве нет? Я видел, как вы взглянули на карниз для штор.
– Конечно, узнал. В прошлом году я рисовал портрет Филиппы на фоне этих портьер, когда
