– Я думала… Мне говорили, здесь Дэйзи. Мисс Дэлримпл. – Низкий бархатистый голос прозвучал умоляюще.
– Она и правда здесь была, но ее сменил мой констебль. Пригласить вам кого-нибудь? Даму или горничную?
– Мисс Дэлримпл, пожалуйста. – Графиня кусала губы. – Можно ее вернуть?
– Разумеется, леди Вентуотер.
Они ждали. Алека разбирало любопытство.
– Вы давно знаете мисс Дэлримпл? – не удержался он.
– Вчера познакомились, но она очень… simpatica, как говорят итальянцы, – отзывчивая. Она уже стала мне другом.
Если чужой человек так быстро стал графине другом, то ей и правда очень одиноко в доме мужа. Впрочем, неудивительно! Муж и его сестра подозревают леди Вентуотер в неверности, пасынок мачеху ненавидит, а падчерица видит в ней соперницу. Что бы она ни натворила, Алеку стало ее жаль.
– Вы знаете, что мисс Дэлримпл активно помогала мне с расследованием? – решил предупредить он.
Графиня кивнула.
– Уверена, Дэйзи отдается любому делу всей душой. Она не из тех, кто будет стоять в стороне и наблюдать, – робко улыбнулась леди Вентуотер.
С таким боевым характером можно и в беду попасть, про себя отметил Алек.
Вскоре в гостиную торопливо вошла запыхавшаяся Дэйзи.
– Мистер Флетчер, я вам нужна? Я еще не все перепечатала.
– Леди Вентуотер попросила вашего присутствия.
– Ой, Аннабель, я вас не заметила. Конечно, я побуду с вами.
Дэйзи села на диван рядом с Аннабель и порывисто взяла ее за руку. Какая холодная! И немного дрожит.
Инспектор напустил на себя самый грозный вид и ринулся в бой.
– Стивен Аствик вас шантажировал, леди Вентуотер?
– О, нет, денег он никогда не требовал.
– Шантажисты не всегда вымогают деньги.
– Наверное. Да, можно назвать это шантажом. Стивен угрожал меня… выдать, если я не соглашусь… не стану… – Аннабель запнулась и судорожно сжала руку Дэйзи.
– Если не станете его любовницей. Вы стали?
– Нет! Я все отнекивалась и отнекивалась. Ужасно! Он хотел не столько меня, сколько отмщения. Мечтал любым способом разрушить мою жизнь.
– Отмщения?
– Я уже отказывала Стивену и раньше. Однажды, давно, он попросил моей руки, а потом, в Италии, попытался… но мой… мой первый муж заставил Стивена отступить. Думаю, Руперт знал о Стивене что-то такое, чего тот не хотел выносить на люди.
– Два сапога пара, – проворчал инспектор, и Дэйзи сверкнула на него глазами.
К ее удивлению, Аннабель выпрямила спину и ринулась защищать первого мужа:
– Неправда, Руперт ни за что не стал бы никого шантажировать! Он лишь использовал свои знания для моей защиты.
– Прошу прощения, спишите мою бестактность на сильную усталость. Что именно Аствик грозился рассказать лорду Вентуотеру?
– Это не имеет ни малейшего отношения к вашему расследованию, – с достоинством ответила Аннабель.
– Как пожелаете. Оставим пока эту тему. Вы отрицаете, что не выносили Аствика и боялись его?
– Не отрицаю. Он был чудовищем.
– Вашей ненависти хватило бы даже на убийство?
По телу Аннабель прошла дрожь, ее рука вновь крепко сжала ладонь Дэйзи.
– Возможно. Не знаю. Если бы я понимала, как убивают… Вы хотите сказать, что он утонул не случайно?
– Прорубь, весьма вероятно, сделали намеренно.
– Зачем мне это? Стивен мог не утонуть, а просто искупаться. Говорю же, разрушить мою жизнь он хотел гораздо сильнее, чем… соблазнить меня. Стивен сразу же пошел бы к Генри. Я ничего бы не выиграла.
Да, вот именно. В голове у Дэйзи зазвучали единственные строки из «Гамлета», которые она помнила со школы: «Достойно ль смиряться под ударами судьбы, иль надо оказать сопротивленье и в смертной схватке с целым морем бед покончить с ними?» [1] Вот только у Аннабель не вышло бы покончить с бедами, если бы лорд Стивен просто вымок до нитки. На взгляд Дэйзи, Аннабель была вне подозрений.
Инспектор задал ей еще несколько вялых вопросов, поблагодарил за откровенность и отпустил.
– Пайпер, узнайте, как дела у Тринга, – приказал он и рухнул в кресло.
– Мало спали? – посочувствовала Дэйзи.
– Всего пару часов, причем две ночи подряд.
– Значит, сегодня обеспечьте себе полноценный сон, часов на восемь, – строго сказала девушка. – Иначе завтра от вас не будет толку. Разве можно раскрыть дело, тем более два, если вы плохо соображаете?
– Плохо соображаю, – со скорбной улыбкой признал Алек. – У меня такое чувство, будто я налетел головой на стену. Никак не пойму, то ли дело невероятно запутанное, то ли просто я сам запутался.
– Я тоже запуталась. Хотя мне простительно, у меня это дело первое.
– И последнее, от всей души надеюсь!
– По-видимому, – вздохнула Дэйзи. – Очень интересно, но и довольно тяжело. Аннабель не убивала, правда? Ей нет смысла.
– Да уж. В такой мороз графине вряд ли удалось бы выманить на романтическое полночное свидание Аствика, дабы стукнуть его по голове и кинуть в воду.
– К тому же он тогда не был бы на коньках.
– Черт бы побрал эти пропавшие ботинки! – взорвался инспектор. – Простите за выражение, мисс Дэлримпл, но тут и у святого терпение лопнет. Куда подевались ботинки?
– Выражайтесь на здоровье, – успокоила Дэйзи. – Только не могли бы вы называть меня Дэйзи? А я бы обращалась к вам «шеф».
– Меня зовут Алек.
