Обтрёпанная коричневая юбчонка, мальчишеская рубашка в клетку, волосы завязаны в небрежный хвостик — хороша принцесса. Веглао почувствовала, что краснеет. Она разрывалась на части — никогда ещё ей не было одновременно так сладко и так страшно.
— Я всё-таки уеду, — продолжал Тальнар, — дня через два-три. Но знаешь, я так люблю этот лес. Как подумаю, что долго его не увижу, так как-то не по себе делается. Говорят, в Риндаре вообще нет лиственных лесов, один только бор кругом.
— Ага, — пискнула Веглао. Тальнар по-прежнему мягко держал её за плечо, прикосновение это было лёгоньким, как крыло бабочки — шевельнись, и оно исчезнет.
— А в Хорсин ты заходил? — спросила она. Тальнар покачал головой — медленно, как будто эта идея вообще не приходила ему в голову.
— Нет… кстати, может, и зайду. Может, даже сегодня вечером.
— Да, да, сегодня вечером, — слегка оживилась Веглао. — В восемь часов в клубе начинаются танцы. И ты тоже приходи!
Последнее вырвалось у неё быстрее, чем она поняла, что только что сама впервые в жизни пригласила парня на свидание. Тальнар улыбнулся ей так, что её сердце подпрыгнуло до самого горла.
— Отличная идея. Вечер танцев! Вы, наверное, уже забыли всё, чему я вас учил?
— Я ничего не забыла, — пылко возразила Веглао. — Так ты придёшь?
— Приду, — уверенно сказал Тальнар. «Танцы. Много людей»
Веглао расцвела от этих его слов. Чуть-чуть запнувшись, она поблагодарила его, но Тальнар только небрежно тряхнул спутавшимися, но по-прежнему красивыми волосами:
— Мне это совсем не сложно.
Уже когда Веглао отошла на несколько шагов, он окликнул её:
— Но только ты никому не говори, что видела меня здесь!
— Хорошо! — воскликнула девочка счастливым голосом.
Домой Веглао летела, как на крыльях. Она уже не чувствовала никакой обиды на Ригтирна и, влетев в комнату, где он слушал радио, кинулась ему на шею.
— Что это с тобой? — спросил он ворчливым тоном, но в его голосе слышался смех. Он встал и, обхватив её руками, покружил по комнате. Веглао поцеловала его в щёку, Ригтирн рассмеялся и взъерошил ей волосы. Девочка прижалась щекой к его щеке и счастливо выдохнула ему на ухо:
— Прости меня, я была такой дурой… Можно, я сегодня пойду на танцы?
Веглао тщательно подготовилась. Она вымыла волосы и расчесала их на косой пробор, надела своё самое красивое платье, доставшееся от мамы — чёрное, в мелкий белый горох, с белым воротничком и манжетами, подолом до середины голени и белым поясом. Сначала, правда, платье пришлось немножко подогнать — хотя Веглао была довольно высокой для своих тринадцати лет, фигурка у неё всё ещё была плоской, а платье было рассчитано на взрослую женщину.
Около восьми часов вечера она надела платье и тщательно вычищенные туфельки, поправила волосы и вышла в гостиную, где сидел её брат. Ригтирн обернулся на её шаги и в первую секунду её не узнал. Её тонкое личико побледнело, глаза взволнованно блестели, дрожащие руки мяли подол платья.
— Ну ты даёшь, Веглао, — проговорил Ригтирн. Ещё никогда на его памяти она не выглядела такой взрослой и красивой. Она поняла его слова по-своему.
— Я такая некрасивая… — проговорила она, чуть не плача.
— Вот уж нет. Ты хорошенькая, — Ригтирн протянул руку и устало потрепал её по голове. Веглао увернулась от его руки и принялась быстро приглаживать волосы.
— Я похожа на маму? — спросила она. Ригтирн окинул её взглядом. Худенькая, нескладная, с тонкими руками и острыми локтями, она была похожа на их мать только цветом волос и глаз — то есть ровно в той же степени, в какой на неё был похож он.
— Да, очень похожа, — со вздохом сказал он. — Веглао, не задерживайся допоздна. Если ты не придёшь к десяти, я пойду за тобой…
— Ригтирн! — девочка быстро обернулась, округлив глаза и умоляюще выпятив порозовевшие губки.
— Ладно. Пол-одиннадцатого дома как штык.
— Спасибо! — расцвела Веглао. Она подбежала к висевшему на стене зеркальцу и приподнялась на цыпочки, вытянув шею. — Я правда красивая?
— Правда-правда. Не опаздывай.
Веглао поцеловала его в щёку и убежала. И едва за ней захлопнулась дверь, Ригтирна вдруг разом охватило какое-то щемящее, болезненное чувство, как будто внезапно открылась старая рана или вновь заболел воспалившийся зуб. Внезапно он почувствовал дикое желание побежать следом за ней и уговорить её остаться сегодня дома, но быстро уговорил себя не устраивать панику на пустом месте.
