– Два советских разведчика в Старом городе зашли в дом напиться воды. Находившийся там китаец раскланялся, подал им воды, а затем топором попытался убить лошадей. На разъезде Мергел два шофера ночью заехали отдохнуть в китайскую фанзу, хозяин их встретил гостеприимно, угостил и предложил отдохнуть. Когда бойцы уснули, он их зарезал. Есть случаи, когда японцы маскируют своих шпионов под местных жителей. Последние проникают в расположение частей, беседуют с бойцами и офицерами, жалуются на тяжелую жизнь при японцах. После их ухода противник по этому месту открывает ружейно-пулеметный огонь.
Фоменко отложил бумагу в сторону. Закурил и прошелся по кабинету.
– К сожалению, подобных фактов много. Мы пришли в Маньчжурию как освободители, чтобы помочь китайскому народу избавиться от японской оккупации, но сейчас, когда победа нами почти одержана, многим, в том числе американским, английским союзникам, и тому же Гоминдану не нравится, что под нашим контролем оказалась огромная территория Северного Китая. Они будут делать все, чтобы поссорить наши народы. Поэтому я попросил Политуправление фронта рекомендовать нам опытных командиров, способных навести в городе порядок и не вступить в конфликт с местным населением.
– В Управлении НКГБ в Чите меня ввели в курс дела, – сказал Ваупшасов. – Я бы предложил вам, Сергей Степанович, издать приказ. – Он открыл папку, что принес с собой, и зачитал с листка: – «В связи с многочисленными случаями диверсий и шпионской деятельности японо-маньчжурских военных властей против Красной армии указать командирам и политорганам на необходимость повышения революционной бдительности и настороженности. Принять меры к усилению охраны штабов, складов и военных объектов. Генералам и офицерам запретить ходить без охраны. Улучшить разведку водоисточников, тщательно производить прочесывание населенных пунктов, лесных и горных массивов».
– Этот приказ будет своевременным, я отдам распоряжение начальнику штаба, – согласился с ним Фоменко и обратился к командиру Первой артиллерийско-пулеметной бригады Павлову-Разину:
– Ефим Николаевич, во время войны с Германией вы были полковым комиссаром, после освобождения города Россоши от немцев стали там военным комендантом. Поэтому выбор пал на вас. С завтрашнего дня вы назначаетесь военным комендантом Хайлара и примите все дела у Апрес Сейрановича Григорьяна.
– В чем будут заключаться мои обязанности? – спросил полковник.
– Охрана коммуникаций, телефонных узлов и линий, телеграфной связи, железной дороги, станций, складов и госпиталей. Собрать у населения огнестрельное и холодное оружие на армейские склады. Разрешить движение гражданского населения как в черте города, так и за его пределами с шести до двадцать одного часа. Разрешить передвижение из одного населенного пункта в другой только с ведения военной комендатуры, с обязательной регистрацией. Прочесывание населенных пунктов и прилегающей к ним местности военными патрулями, а также наведение порядка и очищение их от противника.
– Работы предстоит немало, я могу задействовать командиров и воинские части из своей бригады?
– Да, можете. Политуправление настоятельно рекомендует нашим военным комендатурам при обеспечении порядка добиваться сохранения сложившегося уклада жизни у населения.
– В Хайларе японцы открыли более шестидесяти различных борделей, казино и опиумных лавок. Они отравляют жизнь китайского общества, и мы должны поддерживать этот сложившийся уклад жизни? – удивленно глядя на Фоменко, спросил Попов-Разин.
– Я, думаю, что нам нужно в первую очередь ликвидировать диверсионные группы и помочь организовать органы местной власти. А в своей стране пусть китайцы разбираются сами, – ответил тот.
В блиндаже командного пункта полка было душно. Трехлинейная керосиновая лампа освещала складной стол. Крепко сбитый в плечах, с заметными залысинам над высоким лбом командир полка Текучев, отмечавший что-то на карте, спросил, не поднимая головы:
– Все собрались?
– Все, – ответил командир артиллерийского дивизиона Марасанов, глянув на столпившихся у стола офицеров.
– Тогда начнем. Правый фланг нашего полка начинается от горы Форт, левый захватывает Священную рощу включительно. Андреев… – Текучев повернулся всем телом к начальнику разведки. – Ты сегодня ночью отправишь своих разведчиков как можно глубже в расположение врага. Завтра нам будет нужна точная корректировка огня артиллерии. – Майор перевел взгляд на командиров артиллерийских дивизионов и, очертив кружки на оперативной карте, распределил: – Бовкунов, ты прикрываешь первый батальон, Болагур – второй, а ты, Марасанов, третий. Возьмите на заметку все высотки. Японцы оборудовали каждую из них огневыми точками. Наша пехота пойдет с востока на запад, будете прикрывать ее огнем. Связь со мной держать постоянно.
– Схему огня по конкретным огневым целям мы получили, Дмитрий Дементьевич. Орудия поставим на открытые огневые позиции и стрелять будем прямой наводкой. Самоходки полку выделили? – спросил капитан Бовкунов.
