– Удачи! – улыбнувшись, желает Джейсон и гладит широченной ладонью макушку Эбигейл. Девочка идет в центр поляны. Теперь спокойный взгляд оборотня падает на меня. – Тебе тоже.
Мы расходимся, делая вид, что все в порядке, что все под контролем, что я не боюсь, а Джейсон не переживает. Мы живем во лжи, которая позволяет нам
Я становлюсь за густыми высокими кустами и достаю из кармана спички.
План довольно опасный. Эбигейл впитывает способности ведьм только тогда, когда они находятся рядом. Очень жаль, что она не может накапливать их в себе. У нас было бы на миллион проблем меньше, а сейчас я должен сидеть за кустами и ждать, когда Ариадна подойдет достаточно близко, чтобы Эби смогла сравняться с ней по силе. Надеюсь, отвар Норин Монфор сработает и мы хотя бы избавимся от Меган.
Более того, внутри меня таится надежда. Вера в то, что Ариадна никогда не причинит зла ребенку. Она ведь хорошая. Всегда была хорошей. В ней должны сработать чувства, в голове что-то щелкнуть. Самоотверженная, отчаянная, смелая – вот та Ари, которую я знаю, которую я так хочу вернуть. Она поможет мне избавиться от пустоты в груди, ведь ничто так не характеризует Ариадну, как безумное желание жить и защищать своих близких. Такое не исчезает бесследно, не испаряется просто так.
Мы ждем минут пять. Хэйдан поглядывает на меня, ссутулившись возле деревянных балок пристани, а я поглядываю на него, ожидая, когда же враги клюнут на наживку, но в то же время надеясь, что этот момент вообще никогда не наступит.
Пять минут – кажется, это мало, но для меня эти
Неожиданно поднимается сильный ветер. Эбигейл сжимает кулаки, и я устремляю взгляд в глубину леса. Куда она смотрит? Что она увидела?
Бронзовые волосы Ариадны сверкают в утреннем свете и переливаются рыжиной. Она не спешит, проходя мимо шершавых стволов сосен, не торопится, переступая через листья и изогнутые корни. Она медленно приближается, и вместе с ней к нам приближается мрак. Он тянется за Ариадной, будто фата невесты. Тащится по земле, заставляя растения гнить, а деревья хрустеть и трещать от боли. Ари должна внушать страх. Должна внушать ужас.
И у нее это отлично получается.
– Малышка, – шипит Ариадна и наклоняет голову. Она не просто смотрит на Эбигейл – она пожирает ее пустым, безразличным взглядом, который впивается в жертву ядовитой хваткой, впивается и не выпускает на свободу. – Здравствуй!
Я нервно сглатываю и готовлю спички.
– Иди сюда, – шепчет Ари, протянув вперед бледную руку, – я не причиню тебе зла.
Ее худые пальцы играют с воздухом, и поднимается еще более свирепый ветер. Небо темнеет, окунувшись в темно-бордовые тучи, а озеро оживает, резво качаясь из стороны в сторону, словно капризное дитя. Природа оживает в руках опытного мастера, и Ариадна с невероятным удовольствием подчиняет себе то, что по праву принадлежит ей: власть над людьми, власть над стихиями, власть над Смертью.
Эби молчит, и она молодец: нет смысла разглагольствовать с тем, кто пришел, чтобы лишить тебя жизни. Только в кино перед сражением впихивают прелюдию, после которой обычно и страдают те, кто больше всего болтает. Эбигейл умная, она сумеет перехитрить Ариадну. Но лишь одно мне неясно – я параноик, без сомнения, – но почему Ари пытается заманить Эби? Почему не действует?
Взмах ее руки убьет всех нас, один взмах – и конец. Почему же она позволяет нам играть по нашим правилам? Неужели Ариадна специально медлит?
– Ну же, – шепчет она, подстегивая Эби, подначивая ее, – ну же!
– Centuplum in caveam! – восклицает Эбигейл, вытянув вперед руку, и царапает ладонь острым лезвием. Кровь вспыхивает багровым букетом, заливает пальцы. Ари глядит на Эби с нескрываемым интересом, а затем прищуривается.
Не знаю, дошло до нее наконец, что это ловушка, или нет, но отступать некуда: мы с Хэйданом выбегаем из засады и падаем на колени позади Эбигейл. То же делают и Дюк с Джейсоном, только они усаживаются за спиной Ариадны, таким образом создавая вокруг двух ведьм неровный круг. Сначала засохшие листья с пальцев сдувает Джейсон. Затем на землю громоздкими каплями падает вода с пальцев Хэрри. Я чиркаю спичкой по маленькому коробку, огонь вспыхивает перед моими глазами, и я бросаю его к ногам Ари, не решаясь поднять глаза и посмотреть ей в лицо. Наступает очередь Дюка. Что-то во мне скручивается от плохого предчувствия. Однако Роттер набирает землю и сжимает ее изо всех сил, едва слышно прошептав:
Слышится хлопок. Эбигейл стремительно покидает круг, падает в руки отца, а мы не можем пошевелиться, наблюдая за тем, как из-под земли выкатывается блестящая волна, в конечном итоге превратившаяся в прозрачный купол. Он замыкается над головой Ари, и уже в следующее мгновение рыжеволосая бестия сгибается от сильной судороги.
– Получилось, – резюмирую я, наблюдая за тем, как Ариадна впивается ногтями в горло.
Получилось. Мы сделали это, мы поймали ее!
