Внезапно комнату оглушил звон разбившегося вдребезги оконного стекла. Шиза, истекая кровью и округлив от удивления глаза, упала на пол. Секунда зависшей тишины прервалась истошным криком, застывшего от ужаса юноши.
Услышав шум, исходящий из номера, подбежала горничная и, постучав в закрытую дверь, спросила, всё ли в порядке, не нужна ли помощь. Ева, пытаясь утихомирить шокированного Эллиота, подошла к двери и, высунувшись, тихо прошипела, что ничего не требуется. Если будет нужно, то она позвонит на ресепшен. Молодая и любопытная горничная, смекнув, что от неё пытаются отмахнуться, попыталась сквозь небольшую щель рассмотреть, что же такое интересное происходит внутри номера, но Ева блокировала все её телодвижения. Сейчас лишний шум компании ни к чему. Интуитивно лич осознавала, что подстреленный вампир, разбитое стекло, кровь на полу и на кровати точно не оценятся положительно руководством отеля. Разборки будут слишком долгими и лишними, где впоследствии выяснится не только, что появился очередной убийца, но и еще, что некоторые личности ходят с поддельными документами. Лич вздохнула. Как же раньше было просто. Никаких разбирательств, претензий и никому не нужной волокиты. Если убили, то это никого не волновало. Спрятал тело и гуляй с миром. А здесь — целая трагедия и конспирация.
Кстати, насчет тела. Что делать с мёртвой вампиршей? Может, на солнце её подпалить, чтобы превратить в прах и замести следы? Всё равно в морг сдавать смысла нет, только больше шума наделает при вскрытии. Ева захлопнула дверь, чуть не прищемив нос любопытной горничной, и направилась к бессознательной Шизе. Надо проверить, точно ли она умерла. Женщина толкнула девушку носком своей туфли раз, потом сильнее. Тело никак не реагировало.
— Она ч-что, умерла? — Обеспокоенно проговорил начавший отходить от шока парень.
— Давно как уже, — усмехнулась лич, — наверное, лет сто назад.
Парень пустил слезу, а потом задумался и в замешательстве посмотрел на Еву, поняв, что та имеет ввиду.
— Да я не про это, — бросил он, — давай сейчас без иронии?
Эллиот был заметно напряжен, а нервы его натянуты, как тонкая гитарная струна. Кажется, еще чуть, и они лопнут, взорвавшись потоком сдерживаемых эмоций. Он тупым и безжизненным взглядом смотрел на бледное тело подруги, которая буквально только несколько часов назад залихвацки уезжала от него на самокате. Эллиот потряс её, потрепал по щекам, но та так и не открыла свои светло-карие глаза, и не рассмеялась, сказав, что просто решила подшутить. А так хотелось, чтобы это был просто глупый розыгрыш.
— И что нам теперь делать? — Спросил тихо он и покосился на Еву.
— Проводить обряд поднятия мёртвых, — ответила лич, — не забывай, я же — некромант. И это моя специализация.
Она достала из кармана небольшой бутылёк с прозрачной жидкостью и небольшой мешочек из черного бархата. Эллиот скептически посмотрел на женщину, но пока воздержался от комментариев. Ева внимательно осмотрела тело, а именно руку с прожжённой от пули сквозной дырой и само отверстие в груди, а потом аккуратно, используя пинцет, вытащила её.
Это оказалась небольшая пуля, отлитая кустарным способом из низкопробного серебра. Что-то тут уже совсем нечисто. Неужели кто-то намеренно решил объявить на них охоту?
— И как ты будешь возвращать ее к жизни? — Не выдержав поинтересовался Эллиот.
— А вот так! — Ехидно произнесла лич.
Она открыла бутылёк с водой, стала капать ею на руки и открытые лодыжки девушки. В тех местах, куда падала жидкость, плоть начинала дымиться и словно бы загораться. По номеру стал медленно растекаться тяжелый запах паленого мяса.
— А что это такое? — Поинтересовался Эллиот, не убирая свой скептицизм.
— Святая вода, — ответила Ева.
— А она точно подействует? — Поближе подошел к телу парень и низко наклонился, осматривая небольшие ожоги, похожие на оспины.
— Вот те крест!
Лич достала из мешочка серебряный освещенный крест на цепочке и с размахом приложила прямо к груди вампирши. Нежная тонкая бледная кожа зашкворчала, словно сало на сковородке. Шиза резко распахнула глаза и завизжала от боли. Тут же ей в рот был всунут кляп, сделанный из только что снятых носков Эллиота, чтобы та сильно не шумела. В дверь отеля еще раз постучались, только более жестко и требовательно. Ева подошла, приоткрыла её и выглянула одной лишь головой, чтобы посмотреть, кому всё там неймётся. На женщину смотрел мужчина, одетый в форменную одежду полиции. Он сказал, что в отеле очень обеспокоены тем, что происходит в номере. Женщина осторожно вышла, ответив, что всё хорошо, и руководство зря тратит попусту свои нервные клетки. Однако мужчина был непреклонен, настаивая на осмотре номера. Ева его отчаянно выпроваживала, на ходу выдумывая более-менее похожие на реальность обоснования странным звукам, исходившим из глубины комнаты.
