— Это значит, что он ненавидит одну расу и пытается её уничтожить, — пояснила с гордым видом девушка.
Все остальные вытянули лица, а Эллиот даже захлопал, всё-таки была хоть какая-то польза от того, что вампирша целыми днями смотрела телевизор и иногда пыталась читать книги. Несмотря на проблемы с головой, девушка впитывала всю новую информацию о мире, как губка, и всячески удерживала. Видимо, срабатывала остаточная человеческая способность приспособления к непривычным условиям жизни.
— Вампиры — это не раса, а ошибка природы, — заключил мужчина.
— Сам такой, — показала язык Шиза и отвернулась.
— А вообще, в чём-то она права, — согласилась лич, — вампиры уже давно живут на Земле вместе с людьми, и являются просто тем видом существ, которые питаются кровью. Хищники. Однако вместо того, чтобы принять их существование, люди сначала почти всех уничтожили, а потом романтизировали образ. Сколько себя помню, ни один вампир не причинял столько вреда окружающему миру, как люди. Поэтому задумайся о своих словах.
— От того, что вы сейчас пичкаете меня толерантными фразочками, моё мировоззрение не поменяется, — заключил мужчина.
— И то верно, — коротко ответила лич, — бесполезно пытаться исправить или изменить человека, особенно если у него уже сложилось свое стойкое представление об этом мире.
Эллиот согласно кивнул, ведь сам был таким же и отчасти понимал мужчину. Кто знает, отчего у него такая дикая ненависть к вампирам? Может, когда-то давно один перешел ему дорогу, и теперь Охотник показывает свою благую месть? Но зачем тогда истреблять каждого представителя вида? Сейчас этот мужчина напоминал ему всевозможные людские объединения типа «Ку-клукс-клана», «Белого Братства» или «Неонацистов», которые так же ненавидят представителей другой людской расы, считая их вторым сортом. Это парню казалось неправильным, ведь все мы — равны и абсолютно одинаковы перед Богом. Но здесь была слепая ненависть к вампирам. Можно ли их считать равными? Всё-таки они убивают людей, но только ради пропитания. Голова парня разрывалась от противоречивых мыслей. С одной стороны он понимал мотивы Охотника, а с другой считал, что он — слишком жесток. Хотя, возможно, это лишь потому, что на Эллиота никогда не нападал ни один вампир, а единственное создание ночи, которое он знает — одно из самых безобидных и наивных существ.
Мужчина, поняв, что допрос на сегодня, наконец-то окончен, решил потихоньку уйти, чтобы вырваться из этой больной компании, но для этого сначала нужно забрать своё оружие. Он обвел глазами комнату и не нашел заветный чехол из-под гитары. Эллиот, поняв замешательство мужчины, решил ему ответить на немой вопрос.
— Прости, но из соображений безопасности твой «музыкальный инструмент» конфискован, дедуль, так что будешь против вампиров биться горячим чаем и газетой, как и положено старику.
— Вот заср… — начал говорить мужчина, но тут ему на ногу наступила Шиза, — кхм, давайте так. Вы мне отдаете чехол, а я просто ухожу и вас больше не трогаю.
— Какую дашь гарантию? — Спросила Ева.
Охотник развел руками и предложил просто поверить ему на честное слово. Разумеется, на это не купилась даже Шиза. Слишком уж было легкомысленно отпускать мужчину одного с оружием. А вдруг он опять нападет? И это уже будет непосредственно их упущение. Нет, лишних проблем никто не хотел. Этого типа надо обезвредить сразу.
— Ты можешь уходить, но только без оружия, — холодно проговорила Ева.
— И даже нет ни единого шанса на вашу веру? — Попытался подмазаться Охотник.
— Нет, — твердо произнесла лич и указала на дверь. Ей такие подозрительные компаньоны были нужны в самую последнюю очередь.
Мужчина пожал плечами и без лишних слов направился к выходу. Если они, такие сильные сверхъестественные существа, переживают так за шкуру этой вампирши, что дело доходит до паранойи, то лучше не пытаться их переубедить, всё равно время расставит всё по своим местам. Он помахал на прощание рукой и скрылся в темноте подъезда. Эллиот и Шиза облегченно выдохнули. Они уже напряглись, думая, что мужчина сейчас начнет отстаивать свою позицию, добиваться возвращения оружия, но нет, он просто взял и ушел без лишних слов. Только лишь одна Ева считала еще более подозрительной такую реакцию. Ни один охотник в здравом уме не будет так просто раскидываться направо и налево своим инструментарием. Да что говорить, даже она, некромант, тщательно берегла все свои ножички, напильнички, жертвенный серп от посторонних, хотя это раздобыть проще, чем ружья и пистолеты. Надо быть с ним начеку. Кто знает, что он задумал.
