Он вздохнул и откинулся на спинку кресла.
— Возможно, часа в четыре.
Франческа спешно размышляла. С ним определенно что-то происходит. Он был очень озабочен ее свадьбой и событиями последних суток, а она не обращала на это никакого внимания. Перегнувшись через стол, Франческа коснулась ладонью его руки.
— Что с тобой? Чем ты занимался последние две недели?
— На меня давят по службе, Франческа, вот и все. — Он забрал руку. — Лоу решился на переговоры с Таммани-Холлом и немцами. Паркхерст подбивает элиту на выпады против меня. Его сторонники совершают облавы на бордели и салуны. Журналисты следуют за ним по пятам. Я в ужасном положении.
Она всем нутром чувствовала, что дело не только в этом.
— А как Ли Анна? — осторожно спросила Франческа и тут же ощутила, как он напрягся.
«Определенно у Рика семейные проблемы», — подумала она.
— Рик?
Он медленно поднял на нее глаза:
— Нам обязательно это обсуждать?
— Да, потому что… я очень переживаю.
Брэг опустил тяжелые веки и потер рукой подбородок. Затем открыл глаза и натолкнулся на требовательный взгляд Франчески.
— Она плохо переносит ограничение в движении. Чем больше я стараюсь помочь, тем сильнее она меня отталкивает.
— Я тебе очень сочувствую, — прошептала Франческа.
Когда она последний раз навещала его жену? Внезапно ей стало стыдно. Она не виделась с Ли Анной уже больше месяца, но тогда она выглядела хорошо, разумеется учитывая свалившиеся на нее несчастья. — Ей понадобится время, чтобы привыкнуть. Она любит тебя, Рик.
Брэг встал:
— Возможно, когда-то любила, Франческа. Но в том, что сейчас она не испытывает ко мне никаких чувств, я абсолютно уверен.
Она непроизвольно вскрикнула.
— Ты ошибаешься! Ли Анна любит тебя — я сама видела.
— Ты слишком романтична, Франческа. Кроме того, если помнишь, ты — единственная причина, по которой она ко мне вернулась.
Франческа поджала губы.
— Возможно. Но вы помирились, у вас две девочки, и она все еще твоя жена, Рик. Я же вижу, как ты мучаешься. Ты заслужил счастье. Не сомневаюсь, все плохое скоро закончится. В каждом браке случаются трудности.
Брэг странно ухмыльнулся:
— Для меня настали тяжелые времена, Франческа. — Рик был самым твердым, решительным и преданным делу человеком из всех ее знакомых — Она жалуется на боль, — неожиданно добавил он. — Она выпивает, чтобы облегчить ее, и принимает настойку опия, чтобы спать ночью. — Он покачал головой. — Уверен, она испытывает нечто более серьезное, чем физическая боль.
— Мне жаль, Рик. — Франческа взяла его за руку. Она и представить не могла, что происходит за дверями дома Брэгов.
Рик вздрогнул и повернулся в сторону. Франческа проследила за его взглядом. В дверях стоял Колдер Харт, как всегда элегантный, в черном костюме, белоснежной сорочке и галстуке цвета бургундского вина. В следующую секунду на его лице появилась улыбка.
— Вижу, что вторгся не вовремя, но, откровенно говоря, мне плевать.
— Почему-то я не удивлен, увидев вас держащимися за ручки и мило перешептывающимися, — бросил Харт, проходя в кабинет.
Франческе показалось, что сердце ее остановилось. Давно ли он стоял там и подслушивал?
— Харт! Мы не держались за руки и не перешептывались. Мы обсуждаем новое дело.
— Ах да, дело о пропавшем портрете. И что вам удалось выяснить вчера вечером? — Его взгляд был прикован только к ней, лицо с наклеенной улыбкой словно окаменело. Через несколько мгновений он повернулся к Рику: — Ты быстро действуешь, братец.
Конечно, он издевался над ними, отчего Франческе стало жутко. Кто мог сообщить Харту, что вчерашний вечер она провела с Риком?
— Мне нужна была помощь. Тебя не интересовали мои проблемы — нет, я не обвиняю тебя, ты пережил шок. Но я не могла поехать домой, зная, что давно пропавший портрет висит в какой-то галерее.
Харт равнодушно пожал плечами:
— Я не собираюсь осуждать тебя за желание спасти свою репутацию, Франческа.
Харт смотрел на нее не мигая. Она ненавидела его за то, что была не в силах понять, о чем он думает и что чувствует.
— Я благодарна тебе. Мы ведь не первый раз работаем вместе, Харт.
— Но это первый случай после нашего расставания, когда вы с Риком работаете вместе. — Холодная улыбка мелькнула и исчезла.
Франческа задрожала. Ничего не изменилось, Харт не заинтересован в примирении.
— Да, Франческа, полагаю, мой добродетельный брат прав. Любовь — это не только страсть. Ведь жена его не любит, и никогда не любила.
«Необходимо остаться с Хартом наедине», — подумала Франческа, предчувствуя недоброе. Надо вернуться к начатому вчера разговору.
— Почему ты вспомнил о Ли Анне? Какое она имеет отношение к… — Она осеклась на полуслове.
— К нам? — подсказал Харт.
Она едва удержалась на ногах.
— Она не имеет никакого отношения к нашей дружбе.
— Правда? — спросил Харт, и глаза его стали почти черными. — По моим сведениям, брат почти свободный мужчина.
Она никогда в жизни не испытывала такого напряжения. Брэг не причастен к их размолвке.
Рик подошел и встал между Франческой и Хартом.
