— Выглядишь усталой. Ты не спала ночью?
— Спала не очень хорошо.
— Это деньги, чтобы выкупить портрет?
— Нет.
Франческа ощущала на себе его взгляд, но не могла поднять глаза.
— Прошу тебя, верь мне, — прошептала она и в ту же секунду подумала о том, что Харт и раньше ей доверял, а она не пришла на их свадьбу.
Харт не стал требовать от нее объяснений, он развернулся и отошел к дальней стене. Франческа наблюдала, как он снимает старинную картину в тяжелой раме. За ней оказался сейф, и Харт быстро открыл замок. Железная дверь с лязгом открылась, и он принялся вытаскивать из нутра сейфа пачки банкнот.
Харт сложил деньги на столе и обратился к Франческе:
— Я даю их не в долг. Ты не сможешь вернуть мне такую сумму, а даже если когда-то и смогла бы, я их не приму. Но я действительно хочу знать, для чего тебе эти деньги. Ты тоже можешь верить мне, Франческа.
Она подошла к столу, сжимая в руках сумку.
— Эван опять играет, — солгала она, моля Бога, чтобы брат никогда не узнал о ее отвратительном обмане. Впрочем, Франческа знала, что он бы ее простил, узнав, ради чего эта ложь.
Харт вздохнул, подошел к сейфу и закрыл его, вернув затем на место картину. Только сейчас Франческа обратила внимание, что это был не прежний великолепный пейзаж Констебля, а немного размытое, абстрактное полотно, изображающее городской пейзаж.
— Ты купил новую картину.
— Меня впечатлили работы этого молодого художника. Его зовут Анри Матисс. Таково его видение Нотр-Дама. — Харт поискал глазами ее чашку, взял и, подойдя к сервировочному столику, принялся наливать из кофейника густую ароматную жидкость. — Это поможет тебе успокоиться, — сказал он, протягивая кофе.
— Сейчас половина шестого утра.
— Ты чем-то напугана, Франческа.
— Нет, ничего подобного, просто я… волнуюсь.
Он поднес руку к ее лицу и приподнял за подбородок.
— Не хочешь рассказать мне, для чего на самом деле тебе понадобились деньги?
Эти прикосновения станут ее погибелью. Франческа всей душой хотела сказать Харту правду, более того, она едва сдерживала желание припасть к его сильной мускулистой груди.
— Нет, Харт, пожалуйста, оставь меня в покое.
— Не уверен, что могу обещать. — Глаза его потемнели, он неотрывно смотрел на ее губы. Франческа напряглась в надежде, что он решится ее поцеловать.
Однако Харт опустил руку.
— Твое вновь обретенное призвание весьма опасно. Ты вынуждена ежедневно общаться с отбросами общества, с преступниками и сумасшедшими. Мне не нравится, что ты постоянно подвергаешься опасности, Франческа.
— Нет никакой опасности, — прошептала она. Осмелев, потянулась и провела ладонью по его щеке.
Харт сжал ее запястье.
— Тебя шантажируют?
Франческа с трудом отвела взгляд, ощущая, как вспыхнули щеки.
— Нет.
Несколько мгновений они так и стояли молча, она прижимала ладонь к его щеке, а он крепко обнимал ее за талию. Прежний Харт обязательно бы взял ее, развернул и поцеловал ладонь — он так часто делал. Но не сейчас, не теперешний Харт.
— Я не верю тебе.
— Оставь меня в покое, Колдер, — повторила Франческа.
— Брэг знает, что ты пришла ко мне просить семьдесят пять тысяч долларов?
Франческа молчала.
Харт вздохнул и ответил за нее:
— Похоже что нет. На сегодня Рауль в твоем распоряжении.
Франческа немного расслабилась.
— Спасибо большое, наш автомобиль нужен отцу. По дороге в управление мне еще надо забрать Джоэла. — Будет лучше сменить тему. — Мы поедем на встречу с Генриеттой Рэндл. Хочу быть уверенной, что Билл Рэндл к этому не причастен.
Харт прошелся по комнате и повернулся к ней:
— Мой чертов братец был в университете в Филадельфии в те дни, когда украли твой портрет. Есть два свидетеля.
— Я просто хочу удостовериться в подлинности его алиби. — Франческа знала, с какой ненавистью Харт относится к сыну своего биологического отца. Сохраняя внешнее спокойствие, он не мог удержаться от эмоций, и лицо приобрело грозное выражение. — Ты говорил с Рэндлом?
— Нет. — Харт брезгливо скривился. — Я переложил эту неприятную обязанность на детективов.
Франческа подошла ближе:
— Он не замешан в этом деле, Колдер. Я почти не сомневаюсь.
Харт перехватил ее руку, прежде чем она успела коснуться его щеки.
— О чем я только думал, когда заказывал этот портрет.
Ясно, к чему он клонит.
— Прекрати. Я сама решила позировать без одежды. Мне это нравилось!
— Разумеется. Ты была куском глины в моих руках.
Франческа отпрянула.
— Я разрушаю все — и всех, — к чему прикасаюсь, Франческа. Ты не исключение.
Франческа несколько раз бывала на печально известном Блэкуэлл-Айленде с благотворительными целями, но вид тюрьмы и богадельни никогда не станет для нее привычным. Стоя рядом с Брэгом на носовой части парома, движущегося по Ист-Ривер с юга на север — он отправился с причала недалеко от Бруклинского моста, — она невольно задрожала, и не только от исходившего от воды холода.
— Нужно было взять шаль, — заботливо сказал Брэг.
Франческа не успела возразить, как он снял пиджак и накинул ей на плечи.
