– А, ну ладно, – сказала женщина, и в это время звякнул звонок у входной двери.
Элисон отошла в сторону, а в химчистку поспешно вошла женщина, предъявила квитанцию, расплатилась и покинула помещение со своими вещами, не сказав ни слова благодарности.
Элисон захотелось догнать ее, вернуть и заставить извиниться за грубость. Ей захотелось объяснить этой посетительнице, что за последние четыре месяца пришлось пережить хозяйке химчистки и что будет мучить ее всю оставшуюся жизнь. Но для посетительницы миссис Тоунс была просто женщиной из химчистки, функцией, не имеющей никакой личной жизни.
– Ничего страшного, я привыкла, – сказала женщина, как будто прочитав мысли Элисон.
– Итак, миссис Тоунс, не могли бы…
– Прошу вас, меня зовут Триша, – перебила ее женщина. – Вы никогда не замечали, что полным именем вас начинают называть тогда, когда происходит что-то очень хорошее или очень плохое? Так что обычно меня называли Триша, и я хочу, чтобы эти времена когда-нибудь вернулись.
– Они обязательно вернутся, Триша, – Элисон протянула руку и дотронулась до кисти женщины, лежавшей на стойке.
Изнасилование и убийство ее дочери было, наверное, самым ужасным из того, что она видела в своей жизни. Раны, нанесенные убитой, были настолько кошмарными, что мистер Тоунс во время опознания вышел на улицу, где его вырвало. И вид дочери на столе в морге будет теперь вечно возникать при любом воспоминании о ней.
– К нам приходил инспектор Мертон и лично рассказал об аресте Кертиса.
– А вас этот арест не удивил, миссис… Триша?
На лице женщины появился целый калейдоскоп эмоций.
– Вы знаете, удивил. Ни один из нас не мог в это поверить. Молодой человек сотни раз бывал у нас в доме, готовил для нас, возил Ленни в больницу, когда тот сломал руку, и даже работал здесь, в химчистке, когда мой муж не мог этого делать.
– То есть они с Дженнифер были счастливы?
– В основном – да. Иногда Джен расстраивалась из-за того, что он ничем серьезно не интересовался. Время от времени они расходились, потому что у него не было постоянной работы, но она всегда возвращалась, потому что любила его и восхищалась той страстью, с которой он отдавался тому, что делал в данный конкретный момент.
– А в момент убийства они были вместе или…
Триша покачала головой и внимательно посмотрела на Элисон.
– Послушайте, я не понимаю, зачем вы пришли. Врать вы не умеете, но если вы пришли из-за того, что в чем-то сомневаетесь, то спасибо. Полиция уверена, что это был Кертис, и я им доверяю. Просто мне трудно согласиться с тем, что человек, посещавший наш дом, бывший почти членом семьи, мог сотворить такое с нашей девочкой. Выбора у меня нет, и я хочу, чтобы свершилось правосудие. Надеюсь, что это хоть немного облегчит мою ярость и ощущение безнадежности, которые я сейчас испытываю, но это должно быть настоящее правосудие. Вы меня понимаете?
Элисон прекрасно ее поняла. В самой глубине души Триша не верила в виновность Кертиса.
– Спасибо, что уделили мне время, Триша, и еще раз примите мои соболезнования.
Женщина кивнула, и Элисон направилась к двери.
– Знаете, если это вас так интересует, то я задала инспектору Мертону один вопрос, на который он так и не ответил.
– Какой именно? – поинтересовалась Элисон.
– Он так и не сказал, нашли ли они серебряную сережку Джен.
Пенн снял бандану и пригладил непокорные черные кудри. Он закрыл все окна в машине, которые были максимально открыты в течение всех пятнадцати минут езды. Кондиционера в машине не было, а люк сломался много лет назад. Летом он часто думал о том, что его надо починить, но зимой полностью забывал о своих благих намерениях. На этот раз он поклялся себе, что разберется с ним сразу же после окончания текущего расследования, потому что, судя по прогнозам, жара установилась надолго.
Натянув на себя пиджак, вечно висевший в машине, он сразу же почувствовал дискомфорт от лишнего предмета туалета. В отличие от своего коллеги, Брайанта, Пенн не мог заставить себя ходить каждый день в галстуке. Если бы было можно, он явился бы на работу в бермудах, майке и босиком, точно так же, как он ходил дома, но что-то подсказывало ему, что боссу это не очень понравится.
Откровения, услышанные накануне, позабавили его, но отнюдь не удивили. И он, и Стейси отправились домой, чтобы усесться за компьютер. И когда Джаспер лег спать, Пенн принялся читать все, что было в Сети о его боссе. Прочитанное потрясло, опечалило и почему-то немного разозлило его, хотя и помогло лучше понять инспектора. Он не работал с ней так же долго, как остальные двое, но почувствовал, что запал на нее, потому что ночью проснулся от сильного желания по полной разобраться с этим сукиным сыном.
Войдя в реабилитационный центр в Сторбридже, Пенн заметил две вещи.
