– Пока неизвестно, но вероятность очень велика. Видишь, на этом фото девушка подняла руку к лицу, чтобы откинуть назад волосы. На запястье четко вырисовывается родимое пятно. У той девушки также на левом запястье было родимое пятно в виде треугольника. Спецы из криминологической лаборатории подтвердили, что это не артефакт, связанный с плохим качеством съемки. Я связался со Сходненским РОВД, следователь недоступен, но оперативник, работавший по делу, все еще трудится. Он должен мне перезвонить. Договоримся о встрече, пообщаемся, тогда все и прояснится. Но я уверен, Саня, эта фотография – ключ к разгадке причины убийства Ильи Манюхова, а заодно и ниточка, ведущая к разоблачению преступника, лишившего жизни девушку.
– Хочешь объединить два дела в одно? – догадался Якубенко. – Думаю, Кашалота это не обрадует.
– Я не собираюсь идти к Кашалоту сейчас. Для начала неплохо бы самому разобраться, с чем мы имеем дело. – Савин вздохнул. – Вешать на себя нераскрытое преступление мне совсем не хочется. Но что, если я прав? Если именно Манюхов последним видел девушку живой, становится понятно его поведение, а его убийство обретает мотив. И серьезный мотив.
– Не факт, что снимки делал сам Манюхов. Вполне вероятно, что эти пленки отснял Зюзя.
– Пусть так, существенно это ничего не меняет. Зюзя не занимался шантажом, он не вымогал у зажиточных москвичей деньги за подсмотренные секреты. Это делал Манюхов, потому и поплатился.
– Но почему тот, у кого Манюхов вымогал деньги, так долго ждал? С момента убийства девушки прошел почти год. Как-то странно получается, капитан, тебе так не кажется?
– Над этим тоже стоит поразмыслить, – согласился Савин.
В этот момент зазвонил телефон. Савин снял трубку и машинально представился:
– Старший оперуполномоченный Савин, слушаю вас. – С минуту он слушал собеседника на том конце телефонной линии, затем заговорил сам: – Да, это я звонил утром. Мы могли бы встретиться? По телефону не совсем удобно обсуждать интересующую меня тему. Я бы мог подъехать к вам прямо сейчас.
Получив положительный ответ, Савин поблагодарил собеседника и, заверив, что приедет как можно быстрее, положил трубку.
– Дело в шляпе. – Он довольно улыбнулся. – Старший лейтенант Череватов из Сходненского РОВД ждет меня в отделении. Поехали, Саня, одна голова хорошо, а две всегда лучше.
До Сходни пришлось добираться общественным транспортом. Несмотря на то что час пик прошел, пассажиров в метро не убавилось. По дороге Якубенко и Савин почти не разговаривали, каждый думал о своем. Савин прокручивал в голове предстоящий разговор с майором Кошловым, которого, в случае подтверждения его версии, было не избежать. Якубенко не преувеличивал, когда говорил, что начальство не обрадует перспектива объединить текущее расследование с делом годичной давности. «Сверху» ежемесячно требовали повышения процента раскрываемости преступлений, а безнадежные дела вроде этого картину раскрываемости только портили. И все же Савин не мог отмахнуться от фактов. Какова вероятность того, что снимок убитой попал в архив новой жертвы случайно? Савин считал, что весьма и весьма ничтожная. Он вообще в случайности не верил.
Якубенко думал почти о том же, только мысли его текли в другом направлении. Перспектива получить два дела вместо одного его не радовала. Не потому что он не хотел чересчур напрягаться, просто не верил в благополучный исход дела. Это расследование виделось ему скучным. Два года подряд их с капитаном Савиным ставили на самые сложные дела, и они ни разу не оплошали. Теперь ему постоянно не хватало адреналина, азарта погони, которые сулили запутанные и рискованные дела. Он понимал, что это не совсем правильно и желание всегда быть в гуще событий до добра не доведет, но все равно мечтал о погоне с перестрелкой, а не о работе с архивом фотографа.
Старший лейтенант Череватов оказался довольно взрослым для своего звания. На вид ему было за сорок. Высокий шатен, чуть полноватый, с острым проницательным взглядом и приятными манерами, он больше походил на институтского профессора, чем на штатного оперативника. По большей части потому что в прошлом действительно работал преподавателем физико-математического факультета Московского автомеханического института. То, что… Что подтолкнуло его настолько кардинально поменять сферу деятельности, Череватов обсуждать не любил и даже обижался, когда кое-кто из коллег шутил над его «профессорской» внешностью.
Череватов встретил оперативников на крыльце, крепко пожал руку сначала Савину, затем Якубенко. После церемонии знакомства Череватов предложил пройти в кабинет. В отличие от Краснопресненского РУВД, отдел Череватова располагался в новом двухэтажном здании, крыльцо и фасад которого были облицованы мраморными плитами, а козырек над крыльцом держали четыре массивные колонны. Череватов провел оперативников через пост дежурного, небрежно бросив на ходу: «Это со мной». Они поднялись на второй этаж и вошли в просторный кабинет, окна которого выходили на сквер, радующий глаз буйной зеленью.
