Крусиграма открыла было рот, чтобы высказать Тамбовскому Красавчику все, что она о нем думает, но почуявший бурю Василий провел упреждающий маневр.
— Подожди! — взмолился он. — Я должен сказать тебе что-то очень важное. Мы можем разбогатеть. Получить миллионы. Миллионы евро — для нас с тобой. Без шуток. Я знаю, где достать деньги, но для этого мне нужна твоя помощь.
— Козел! — не сдержавшись, выдала первую гневную реплику Крусиграма и вдохнула поглубже, собираясь разразиться новой тирадой. В этот момент до нее дошел смысл слов Василия. Хохлушка недоверчиво посмотрела на тореро.
— Миллионы евро? Для нас? Думаешь, я клюну на эту туфту?
— Я серьезно. Абсолютно серьезно, — зачастил Стародыбов. — Выслушай меня. Я узнал об этом случайно. Есть шанс перехватить контрабандную партию алмазов. Речь идет о двухстах миллионах долларов.
Что-то в голосе тореро убедило Марию, что это — не трюк с целью произвести на нее впечатление.
— Алмазы на двести миллионов долларов? — повторила она. — Их действительно можно заполучить?
— Один я не справлюсь. Мне нужен помощник. Давай, сядем где-нибудь и поговорим.
— Сначала соберем рассыпанную мелочь, — Мария проявила истинно украинскую практичность. — Журавль в перспективе — это, конечно, хорошо, но для начала пусть будет синица в руке.
Двадцать минут спустя Мария полностью уяснила ситуацию. Тореро три раза почти дословно пересказал ей подслушанный им разговор, сохранив в тайне только место встречи. Он боялся, что хохлушка, вытянув из него все детали, "продинамит" его, и провернет операцию похищения алмазов с кем-либо еще.
— Нам нужен план, — подытожил Тамбовский Красавчик. — Это должен быть очень хороший план.
— Помолчи и дай подумать, — сказала Крусиграма.
Сосредоточенно наморщив лоб, она немигающим взглядом уставилась в темноту окна. Василий в свою очередь, пользуясь случаем, смотрел на девушку, и думал о том, как сложится их будущая богатая и счастливая совместная жизнь.
Десять минут спустя лицо Марии озарилось улыбкой. Повернувшись к Василию, хохлушка заговорчески подмигнула ему.
— План готов, — весело произнесла она. — Идеальный план. Не будет никаких осечек.
— Что тебе нужно? — едва не выронив от изумления телефонную трубку, переспросил Остап Кваша, тот самый дантист-умелец с Украины, что изготовил для Марии фальшивого младенца. — Пояс шахида? Ты что, с ума сошла? И вообще, о таких вещах не говорят по телефону.
— Успокойся, — мягко проворковала Крусиграма. — Это будет подделка. Взрывчатка может быть не настоящей.
— А подделка тебе зачем? — подозрительно осведомился дантист. — Цыганке с младенцем подают недостаточно, и ты решила шантажировать бомбой пассажиров электричек, чтобы содрать с них побольше?
— Между прочим, неплохая мысль. Боюсь только, испанские спецслужбы могут неадекватно отреагировать, особенно с учетом недавних взрывов.
— Тогда зачем тебе потребовался фальшивый пояс шахида?
— Решила разыграть одного приятеля. Ты не волнуйся, все совершенно невинно.
— Для розыгрыша ты и сама его можешь сделать. Сшей широкий матерчатый пояс с несколькими отделениями, набей их тряпками, возьми какую-нибудь коробочку с кнопкой, и скажи своему приятелю, что в поясе у тебя пластиковая взрывчатка.
— Не пойдет, — возразила Мария. — Пояс с тряпками не произведет должного впечатления. У меня тут одна видеокассета есть — там мужик, обвешанный с ног до головы динамитными шашками, орет, что всех взорвет к чертовой матери, если не получит чемодан с миллионом долларов. Вот у него обвязочка что надо. Все на виду — и шашки, и провода, и часовой механизм — сразу ясно, что если эта штука бабахнет, в радиусе километра живой души не останется. Если я тебе кассетку эту закину, сможешь изготовить мне такую же?
— И что мне за это будет? — осведомился практичный хохол.
— Не бойся, за мной не заржавеет. Так я бегу к тебе? Эта штуковина кровь из носу мне нужна к завтрашнему утру.
Остап вздохнул.
— В таком случае — надбавка за срочность.
— Все что угодно, зубодер ты мой ненаглядный, — Мария одарила телефонную трубку звучным поцелуем. — Прямо сейчас лечу к тебе. Спасибо. Родина тебя не забудет.
Положив трубку, Мария бросилась к шкафу и принялась лихорадочно рыться на полках, подбирая сногсшибательно сексуальный наряд, при виде которого Остап Кваша должен был позабыть обо всем.
— во весь голос распевала она, натягивая эластичные золотистые шортики и черный топик с изображенными на груди ярко-красными приоткрытыми для поцелуя губами и надписью "поцелуй навылет".
Разбросав стопку видеокассет, девушка извлекла из них фильм "Деньги, кровь, мордобой", сунула его в сумку и, накинув на плечи короткую кожаную куртку, выскочила из квартиры.
