— Если собаку со следа сбивал, то дальше по берегу пошел, — пробормотала Лия.
— А что там у нас берегом?
— Скалы… Камни… Водоросли… Сети…
— Какие сети?
— Русалка в них.
— С хвостом.
— Не знаю. Но мертвая.
— Надо бы попробовать оживить, — еле слышно проговорил Игнат.
Но Лия его не слышала, она уже спала. Да и сам он уже отключался под гнетом накопленной за сутки усталости.
Он заснул, но вскоре проснулся. Засыпал ночью, а открыл глаза — за окнами уже светло. Игнат глянул на часы — без пятнадцати шесть. Еще спать и спать. Мама едет с отцом, встречать их не надо, доберутся сами, знают как. А он может и дальше спать в обнимку с Лией.
— Уже проснулся? — пробормотала девушка, не открывая глаз.
— Уже сплю.
— А за русалкой?
— Там чудеса, там леший…
— Нет там никакого лешего. И русалки нет… А пещера есть!
— Пещера есть, — кивнул Игнат.
Слышал он о пещере среди скал, даже бывал там, правда, очень давно, когда учился в шестом классе. Идти там долго, берег плохой, камни, завалы, местами вода подступала вплотную к скале, потому больше и не ходил.
— Идем? — сонно спросила Лия.
— А убийца берегом пошел?
— Сейчас гляну, — кивнула она, засыпая.
— И я гляну.
Лия на самом деле заснула. Игнат поднялся, заботливо укрыл ее простыней, вышел из комнаты, а затем из дома. На опорном столбе виноградной беседки висел рукомойник с зеркалом. Игнат глянул на себя, провел рукой по щеке. Бриться надо.
Он вернулся в комнату, Лия спала и никак не отреагировала на шум, который он создал, доставая из сумки несессер. Там все в полном наборе: и бритва, и кисточка, и зубная щетка с пастой. Только вот бритва пустая, а на выбор два лезвия, «Спутник» и «Нева». Первое, конечно, лучше.
Игнат умылся, побрился, но Зойка так и не появилась. На кухне она, там и холодильник, и позавтракать можно было бы. Будить ее Игнат не стал, отправился в курятник. Курам все равно, жив хозяин или нет, нестись будут в любом случае.
Из курятника Игнат вышел с богатой добычей, целых четыре яйца. Вышел и лоб в лоб столкнулся с Лией. Она уже и одета, и причесана, и даже накрашена. Свежая, выспавшаяся, улыбка светлая, как солнечное утро.
— Давай!
Она забрала у него одно яйцо, стукнула, расковыряла и выпила, не размешивая и без соли. Игнат поступил точно так же. Сырые яйца — вкусно, полезно и сытно. Еще бы чайку сверху, но Зойка и не думала выходить из кухни.
— Что ты там про пещеры говорила? — спросил Игнат.
— А пойдем!
Заходить к себе и переодеваться Лия не стала, так и отправилась в путь в халатике и сланцах. Игнат надел сандалии. Они спустились на пляж и берегом пошли к пещерам.
Шли долго, Лия то снимала сланцы, то снова обувалась. А Игнат так и шлепал в сандалиях — посуху, а иногда и по воде, там, где дорогу преграждали уходящие в море скалы.
Также на пути попадались ущелья и тропинки, по которым можно было уйти в горы. Убийца мог воспользоваться первой такой же тропинкой. А уж Гена Петелин тем более. По горам он запросто мог выйти к своему поселку.
И все же Игнат с Лией удержались от искушения свернуть с выбранного пути. И, тем не менее, вышли к первой пещере.
— Здесь где-то должна быть! — оглядываясь по сторонам, сказала Лия и показала на куст можжевельника у подножия скалы метрах в десяти от воды. Берег здесь хороший, пляжный камень не самый мелкий, нога не вязнет. И крупные валуны путь не преграждают.
Солнце уже поднялось над горизонтом, но под скалами еще тень. Не холодно, приятно тепло, но не позагораешь. А искупаться можно. Море здесь глубокое, вода прозрачная. Но сначала нужно осмотреть пещеру, а потом уже можно будет сделать привал.
— Это что такое? — Лия пнула светлую с дырочками туфлю, старую, но еще не запыленную так, как если бы она пролежала здесь несколько дней.
И лежала туфля так, как если бы слетела с лежащего на спине и ногами к морю человека. Как будто кто-то загорал под кустом, встал, пошел, а туфля осталась. Но кто загорает в обуви?
Куст закрывал от солнца пространство перед входом в пещеру, трава здесь не выгорала, поэтому наросло ее в этом месте за лето немало. И трава эта была примята. Как будто кто-то шел здесь. И еще Игнат заметил лежащую на траве веточку с можжевеловыми ягодами, кто-то сбил ее, продираясь к пещере.
А в самой пещере он увидел еще одну светлую с дырочками туфлю. На ноге лежащего там человека. Мертвого человека.
Покойник лежал недалеко от входа, свет худо-бедно проникал сюда, Игнату даже не понадобилась зажигалка, чтобы опознать мертвеца. И даже разглядеть трупные пятна на лице. Запах гниения не просто чувствовался, он бил в нос. Игнат подался назад, едва не сбив с ног шедшую за ним Лию.
— Что там? — спросила она.
— Кто там. Гена Петелин.
Игнат прищемил пальцами кончик носа, давая понять, что Гена уже не живой и с запашком.
— Гена?
Лия не испугалась, сунулась в пещеру, Игнат взял ее за руку, чтобы она далеко не заходила и не уничтожила возможные следы.
— А кровь где? — спросила Лия.
— Задушили его, — пожал плечами Игнат.
— Думаешь?
— Задушили на берегу.
