— Нет! Черт тебя возьми, Сайрус! — глубокий, яростный рык вырвался из горла Джо, сделав его голос практически нечеловеческим.
Я задержала дыхание. Сайрус по-прежнему прижимал кинжал к моей коже.
— Ну, так что, Джо? Ты любишь ее или нет? Ты любишь ее, несмотря на то, что она спивается? Несмотря на ее нытье и непрекращающийся треп? — рассмеялся Сайрус. — На самом деле, я не стану тебя винить, если это не так.
Джо отвел глаза от Сайруса и встретился с моим пристальным взглядом. Ответ был там, в стальной глубине его глаз. Я тоже видела в них боль. Но не физическую. Мужчина боялся того, что произойдет, когда он ответит.
— Я люблю ее за это. За всю ее слабость и силу. Потому что, несмотря на то, что она потеряла и что вынесла, она находит причины, чтобы жить. Чтобы выживать.
Джо впился взглядом в Сайруса.
— За все, что ты сделал, Сайрус, я жажду твоей смерти. Клянусь, я увижу, как ты заплатишь за это. Я хочу, чтобы ты знал, что буду наслаждаться твоими страданиями.
Эта угроза заставила Сайруса оскалиться.
— Прекрасно. Я надеюсь, что у тебя будет шанс попробовать это сделать, Джо. Но сейчас, как на счет того, чтобы я заслужил твою месть?
Мужчина, который удерживал меня раньше, достал из-под кровати кожаную куртку похожую на смирительную рубашку. Сайрус сжал меня в объятиях, а трое его подельников накинулись на Джо и потащили моего мужчину обратно к стене, приковав его там. Сайрус смотрел на них в ожидании, когда парни закрепят цепи.
Повернувшись спиной к Джо, Сайрус улыбнулся мне.
— Тебе должно быть любопытно, малышка. У тебя есть какие-нибудь идеи по поводу того, что я с тобой сделаю?
Облизав губы, я посмотрела на других мужчин. Сделав медленный вдох, я сглотнула слюну и кивнула.
Сайрус проследил за моим взглядом и рассмеялся.
— Оу, это обязательно будет в меню. Думаю, очень скоро. Но не сегодня. Сегодняшний вечер мы посвятим другим видам удовольствия.
Ухватившись за воротник моего платья, он сильно натянул его и разрезал ткань кинжалом.
Тряпка упала к моим ногам. Сжав рукой мою шею, он заставил меня встать на колени. Взглянув на меня, Сайрус покачал головой и вздохнул.
— Такая хорошенькая. Даже красивая. Такая безупречная белая кожа, — кончик лезвия заскользил по щеке. — Я надеюсь, что шрамы не испортят твою красоту.
Кровь просочилась сквозь небольшой порез и капнула ему на запястье. Я начала бороться, желая подняться на ноги, когда он полоснул кинжалом вниз по другой стороне моего лица. Я зашипела от боли, а потом задохнулась от рыданий.
Сайрус оттолкнул меня назад. Пока я отползала к стене, он наблюдал за мной, высунув язык, чтобы облизать лезвие. Я прижала ладони к лицу в попытке остановить кровотечение. Услышав невнятные звуки, которые издавал Джо, я взглянула на него и увидела, что ему заткнули рот кляпом. Все стало предельно ясно. Они хотели заставить страдать не меня. Все это было для Джо.
Поднявшись на ноги, я сжала руки в кулаки, покрытые собственной кровью, и прижала к бокам. Резаные раны на щеках защипало, но с этим я могла справиться. Каким-то образом, это даже заставило меня почувствовать себя сильнее, почувствовать себя так, будто у них не было ни единого способа задеть меня. Теперь, я должна была найти способ, чтобы убедить в этом Джо.
Уставившись на Сайруса, я выдала первое, что пришло мне в голову.
— «Боль неизбежна. Страдание — выбор каждого». Автор неизвестен.
Он засмеялся, а потом ударил меня кулаком в челюсть. Моя голова склонилась на бок, и я упала на колени.
— Серьезно? Это позвучало как вызов, Лидия.
Я расправила плечи.
— «Если выбирать между болью и ничем, я бы выбрал боль». Уильям Фолкнер.
Его глаза сверкнули, и он ударил меня кулаком в солнечное сплетение. Я врезалась в стену, но заставила себя устоять на ногах. Он приблизился ко мне прежде, чем я смогла оправиться от удара.
— Увлекательная игра. Интересно, как долго ты сможешь продержаться.
Схватив за волосы, Сайрус потащил меня к стене с цепями. Он сжал мою шею руками, в попытке удержать у стены, а затем завел мою руку за голову. Один из мужчин закрепил металлическую дужку на моем запястье. Когда обе мои руки оказались закованы, Сайрус отпустил меня и отступил назад, наблюдая, как мужчина принялся за мои лодыжки.
— Забавно, что ты не помнишь ничего из своей жизни, Лидия, но помнишь цитаты на определенную тему, — он приподнял брови, и прошелся взглядом по моему обнаженному телу. — Я думаю, ты нуждаешься в боли.
— Боль — это признак того, что ты все еще жив, — сказала я.
Один из мужчин приблизился к Сайрусу и протянул ему поднос с изогнутыми ножами и скальпелями.
Меня охватил ужас. Я не смогла вспомнить, где слышала эту цитату.
Сайрус, ухмыляясь, рассматривал инструмент, пока не выбрал длинное зазубренное лезвие и поднял его.
— Или что-то, что заставляет тебя желать того, что ты не должен.
Схватив одной рукой меня за грудь, чтобы удержать на месте, он сжал во второй руке нож так, словно был художником державшим кисть.
— Не против, если я покажу тебе?
