Подросток забрался в постель, укрылся тёплым одеялом и положил одну руку под подушку. В такой позе ему всегда удавалось заснуть гораздо быстрее. Родители тоже легли спать, и в доме стало совсем тихо.
А что, если этой ночью Дэвиду повезёт, и он опять исполнит роль Фантастического Захватчика? Так вот откуда это прозвище! Лишь сейчас он вспомнил, что именно так называл его Рэй, стараясь вернуть контроль над своим телом. По крайней мере, во время второго визита подростка молодой человек несколько раз повторил одну и ту же фразу: «Убирайся из моей головы, Фантастический Захватчик!» Были, конечно, и менее лестные обращения, среди которых Выродок и Вонючий Кусок Дерьма оказались самыми пристойными.
Неожиданно в голове возник образ джокера с широким веером карт — маленький артефакт разума, порождённый травмой в результате аварии. Джокер продемонстрировал Дэвиду содержимое карт, и на каждой из них тот увидел карикатурную Виолет. Рядом с ней стоял краснокожий дьявол с высунутым языком. Догадаться о его намерениях по отношению к девушке не составляло труда.
«Торопись, Дэвид! — произнёс шутник в голове подростка и запрокинул голову, заходясь в приступе хохота. — Торопись, иначе она тебе не достанется!»
«Что это значит?» — спросил парень, но вместо ответа получил в лицо серию легковесных ударов выпущенными картами. Они с шелестом выскочили из пальцев насмешника и полетели в сторону собеседника. Теперь картинки на них сменились, и Дэвид обнаружил, что Виолет обнимает дьявола.
«Ты отправишь его в космос искать другую расу, или позволишь ему отбить её у тебя?» — джокер встряхнул головой и звякнул бубенцами на колпаке.
«Ты говоришь о Рэе?»
«Разве я так сказал?» — физиономия плута расплылась в ехидной ухмылке.
«Хватит морочить мне голову!» — потребовал подросток. Краем глаза он заметил, что одинаковые изображения на рассыпанной колоде двигаются. Дьявол прижимает девушку к себе и лапает её за задницу, но она даже не сопротивляется, словно ей нравится это.
Джокер начинает петь голосом Макса Ромео одну и ту же фразу из фрагмента, использованного The Prodigy в песне «Out of space».
«Я отправлю его в открытый космос искать другую расу!»
Он повторяет припев снова и снова.
Это становится почти невыносимо. Просто сводит с ума. Выворачивает мозги наизнанку. В плохом смысле. Дэвид хватается руками за голову, чтобы заткнуть уши, а потом — просыпается.
Запись «Кислотной королевы» распространилась по школе в количестве примерно двух десятков экземпляров. Сначала ученики подходили с просьбой переписать кассету лично к Дэвиду, а потом начали брать творение старшеклассника друг у друга, так что он уже не мог сказать в точности, сколько именно копий трека разошлось по рукам.
Вик укорял Дэвида за такое легкомысленное отношение к делу и предлагал делать «авторские» сборы, но на данном этапе подростка интересовали не деньги, а слушатели. Когда же прошёл слух, что Дэвид выступит по радио, вокруг его имени поднялся настоящий ажиотаж. Он превратился в местную знаменитость.
Целую неделю ему не давали прохода и постоянно спрашивали, можно ли будет услышать его в прямом эфире. Подросток давал утвердительные ответы, но с приближением даты выступления всё больше беспокоился. А что, если произойдут какие-то изменения? Что, если в последний момент позвонит Роберт Кенна и скажет что-нибудь вроде «Извини, приятель, у нас тут изменились планы, так что тебе не понадобится приезжать к нам в студию»?
Благодаря Дэвиду, слушательская аудитория проекта «Подземка» за последние несколько дней значительно расширилась. Школьники выяснили, что во время трансляции можно звонить в студию и задавать приглашённым гостям свои вопросы. Они наперебой обещали оказаться на линии связи, чтобы поговорить с подростком. Иногда у него складывалось впечатление, словно он угодил в пчелиный рой, наполняющий всё вокруг монотонным гулом. В какой-то момент ему захотелось, чтобы его перестали донимать чрезмерным вниманием.
С каким удовольствием Дэвид возвращался домой и оставался один на один с музыкальными инструментами, продолжая работать над новой вещью. С использованием электрогитары ему удалось добиться куда более динамичного звучания. Оставалось добавить несколько голосовых сэмплов, чтобы придать композиции полноту и законченность. В целом же эксперимент, предложенный Мэйсоном, себя оправдал.
И вот этот день настал. Дэвид приехал в студию раньше на целых сорок минут, потому что боялся опоздать. В коридоре его встретил Роберт. Он пожал подростку руку и одарил его широкой улыбкой:
— Ну, как, готов?
— Надеюсь, — пожал плечами молодой музыкант.
— Волнуешься?
— Есть немного.
— Хочешь чего-нибудь выпить? Чай, кофе?
— Спасибо за предложение, но пока ничего не хочется.
