Процесс доставил ей массу удовольствия. Это был акт воспоминания, София вызывала в памяти все, что видела, слышала, перечувствовала. Составляя карту, она как будто заново переживала прошлое. И в то же самое время это был акт творчества; она сама чувствовала, как наполняет значением, придает полноту каждому зрелищу, звуку, эмоции. Как же она все это любила!
– Что ж, Шадрак, – Майлз наконец допил чай и с видом некоторого нетерпения отложил книгу, – я сюда пришел, поскольку ты сказал мне, что нашел какую-то карту, а вовсе не ради того, чтобы за упражнениями Софии наблюдать!
– Ладно, ладно, мой неучтивый друг… – Шадрак обошел стол, открыл жестяную коробку и вытащил сложенный лист старой бумаги. – Вот, на рынке дрека купил.
– Ага! – воскликнул Майлз, его взгляд сделался пристальным. Он с готовностью взял сложенный лист. – Что показывает эта карта?
– Город. Город на острове, далеко на западе Пустошей.
– Не тот, откуда Вещие происходят? – спросила София.
– Нет, он южнее.
Майлз расстелил карту на столе, и все четверо склонились над ней, собравшись кругом. Карта была составлена одаренной, но неопытной рукой. Улицы выглядели слишком узкими, тесными, сеть точек на плане города напоминала созвездие. София указала на них:
– Что это такое?
– Легенда, как видите, оторвана, – сказал Шадрак. – Это может оказаться чем угодно. Точки снабжены номерами, значит можно предположить, что они обозначают нечто однородное.
– Или это последовательные пункты, своего рода шаги, – предположила София.
– А вот что мое внимание привлекло. – Шадрак указал на пометку в углу, рядом с изображением компаса.
Тео прочел вслух:
– «Тысяча восемьсот сорок второй год. Как считается, утрачено в тысяча семьсот девяносто девятом».
– Значит, карту нарисовали в сорок втором? – предположила София.
– И что было утрачено? – задумался Шадрак. – Карта или сам город?
– А я узнаю эту форму! – воскликнул Майлз, обводя пальцем остров. – Сам я там не бывал, но говорят, будто остров необитаем…
– Вот именно, – с торжеством подтвердил Шадрак.
– Значит, это может оказаться неправдой? – спросила София.
Шадрак ответить не успел – Майлз стукнул кулаком по столу.
– Фантастика! – вскричал он. – Я уже начинаю планировать экспедицию!
– Я примерно этого и ждал, – спокойно кивнул Шадрак. – Я бы, правда, предложил подождать лета, ну, хоть разгара весны. В нынешнюю погоду от путешествия через весь континент удовольствие, мягко говоря, небольшое…
– Чепуха, старик! – воскликнул Майлз. – Подумаешь, снег!
– А учебный год как же? София не захочет пропускать школу, Винни и рад бы, да кто ж ему позволит, а Нетти прежде лета папа нипочем не отпустит…
София схватила дядю за руку:
– Так мы все вместе поедем?
– Конечно, – улыбнулся Шадрак.
– Да, да, да!.. – едва не плясала София.
Тео рассмеялся:
– Впереди целая зима ожидания! Переживем ли?
– Может, ей учебники с собой взять? – нетерпеливо спросил Майлз.
Шадрак вздохнул:
– Ты понятия не имеешь, Майлз, что такое образование и ученость. Сколь огорчительно! Сам не пойму, и как это наша дружба до сегодняшнего дня дожила…
– Я просто отметаю все, что меня в тебе раздражает.
София и Тео, переглянувшись, понимающе улыбнулись друг дружке. Сейчас двое старинных друзей со вкусом затеют традиционную эпическую свару. Тихо выбравшись из-за стола, они поднялись по лестнице на первый этаж. В кабинете сидела миссис Клэй, писала письма. Она приветствовала друзей коротким взмахом пера. Они поднялись по другой лестнице и скоро оказались в комнате Софии, у окна, выходившего на крыши улицы Ист-Эндинг.
– Съедим секретную шоколадку? – спросила София.
– Хорошо бы!
Она открыла шкаф и вытащила коробку, присланную Мазапаном, их нохтландским другом, и доставленную пиратами. Извлекла две шоколадные ложки, одну вручила Тео.
Устроившись в молчаливом согласии у окна, они смотрели на Бостон и ели шоколадные ложки. Им было хорошо друг с другом молчать. Снег, весь день таившийся в облаках, начал падать, наполняя воздух белой пылью и пьянящим запахом приключений.
