Может, и впрямь не каждому стоит заходить в воду в неподходящее время.
Так или иначе, но не воспользоваться ситуацией – глупо. Только что на берегу стояли три обученных и проверенных в бою воина, готовых расправиться с безоружным мальчишкой, а сейчас они сами стали тремя испуганными мальчишками. Один сидит в воде и встать не может. Двое других не спешат ему на помощь. Клеп мотает головой и пятится, Валь драться тоже не настроен. Потеряв собственный меч, он мог бы взять оружие Сергея. Оно у него буквально под ногами. Не берёт.
Сергей снова засмеялся и вышел из воды. Бросив Валю: «Посторонись» – он взял исподнюю рубаху, вытерся. Потом оделся и обулся. Не спеша.
Нет, он, конечно, держал под контролем и Валя, и Клепа. Если бы те попытались напасть, Сергей успел бы взяться за меч.
Но они не напали.
Сергей застегнул пояс. Поискал глазами Буданку.
Девушка не сбежала. Храбрая. Зато успела одеться.
– Помогите Геллирсону, пока его русалки на дно не уволокли, – сказал Сергей по-нурмански.
– А нас не тронут? – опасливо поинтересовался Клеп.
– Не тронут, – пообещал Сергей.
У Траина оказалась вывихнута лодыжка.
Видно, на камень угодил или в яму. Или за корягу зацепился.
Сам он, однако, был убеждён, что его схватил за ногу какой-то подводный обитатель.
Вывих лодыжки – скверная вещь. Но ничего. Лодыжку вправили, связки заживут. Запрыгает не хуже прежнего.
– А можно, я меч заберу? – попросил Валь. – Он родовой, от отца остался.
– Можно, – разрешил Сергей. – Только поклянись сначала, что на меня его больше не поднимешь.
Валь поклялся.
– Иди. Тебя не тронут, – пообещал Сергей, и Валь, прямо как есть, в штанах и обуви, полез в воду.
– Что он так на меня взъелся? – спросил Сергей.
– Гест – его старший брат, – пояснил уже Траин. – Вергельд твоему другу, что Стемид-конунг назначил, им теперь всем родом собирать.
– Так не я же назначил, а Стемид.
– Так по твоему слову. Отец сказал: наверное, отец Варта глашатаем закона был. Хорошо сына выучил. А ещё он сказал: кровь в тебе благородная, а говорить о своём роде ты не хочешь. Значит, либо позор на нём, либо мести опасаешься.
Небо на восходе посветлело. Волшебная ночь заканчивалась.
– Умён твой отец, – похвалил Сергей. – С таким, как он, лучше в дружбе быть, чем во вражде. – И добавил многозначительно, по-словенски: – Не то не быть бы тебе живу. А теперь ярлом станешь. Когда придёт твоё время.
– Я конунгом стану! – дерзко заявил Траин.
С уходом тьмы он осмелел.
– Не станешь. – Сергей поднялся.
Траин тоже встал. На одной ноге. Высокий, как многие нурманы, он был на полголовы выше Сергея.
– Почему не стану?
– У конунгов свои сыновья есть. Пойдём, Буданка.
Главный день праздника. Вернее, главная ночь. Огни на небе, огни на земле. Огни на клинках.
– Тебе, Перун!!! – ревут сотни глоток.
Чёрный высокий идол молчит. Тени прыгают на длинном усатом лике, который то хмурится, то улыбается. Вокруг, на склонах, воины. Лучшие наверху. Сергей – среди лучших. Так Стемид распорядился.
А самые лучшие выстраиваются отдельно. С мечами, но без броней. Многие – без рубах. Сергей знает, что сейчас будет.
Когда-то он уже был там, наверху, где брызжут смолой факелы на шестах.
Рёрех скидывает рубаху, разминает кисти…
– Можно мне? – попросил Сергей. – Можно?
Рёрех глянул на него с сомнением:
– Ты двумя мечами биться не умеешь, – сказал он.
– Ну я… пробовал. Сам. – Сергей потупился. – Вот, думаю, что получится.
– Сам, говоришь? – Рёрех похлопал парня по плечу.
Сергей знал: княжич любит дерзость.
Ему очень хотелось встать в круг. Вместе со всеми. Пусть он едва дотягивается макушкой до подбородка самому мелкому. Чувствовал: ему это нужно. Его притягивал здоровенный чёрный идол, пламя вокруг, снопы искр, взлетающие ввысь, отчего казалось, что чёрная усатая голова окружена огненным нимбом.
«Не разрешит», – обречённо вздохнул Сергей.
Но Рёрех вдруг рассмеялся и сказал:
– Добро. Со мной в круг встанешь. Жди здесь. Надо тебе второй клинок подобрать.
Киев… Да, пожалуй, тот Киев, который помнил Сергей, был побольше. И пообширнее. Хотя и этот выглядел внушительно. Во всяком случае Детинец, господствующий над окрестностями, практически не изменился. И Боричев спуск – дорога, ведущая от княжеской резиденции к Подолу, – тоже присутствовал.
Было и то, чего Сергей не помнил. Например, стена, окружающая околицу пригородов.
