Алиса, а если быть точнее – Майнергард, приняв облик громадной черно-бурой гиены, заканчивала с огненным драконом светлых. Она высасывала из поверженного противника так называемую драконью сущность, можно даже сказать пожирала ее. За всю ее жизнь это был уже пятый дракон. Осталось совсем немного.
Насколько Реннет мог вспомнить, женщину-дракона звали Рожденным Демоном. Ее считали безумной, а по силе она явно превосходила Пламенного Убийцу Киоса. Но очевидно, сражение против Жнеца закончилось поражением для нее. Охотничьи инстинкты Майн оказались сильнее.
Он двигался нечеловечески быстро, поставив перед собой цель расправиться с проблемой одним ударом, так сказать с разбега. Это должно было сработать, так как Жнец не могла позволить себе прервать поглощение.
Однако меч полоснул лишь воздух. Майнергард оставила тело дракона, так и не завершив поглощение. При этом, Реннету показалось, что гиена странно скорчилась, будто от боли.
– Ты! – зарычала она, узнав напавшего на нее мага. Только после этого Жнец позволила себе оглянуться в поисках членов своего клана, которые уже должны были прорваться к стратегу светлых и покончить с ним. К ее удивлению, повсюду валялись лишь неподвижные тела.
– Хотел бы я сказать, что сохраню тебе жизнь, если сдашься, но к сожалению не могу, – ответил на ее незаданный вопрос Реннет.
Глаза зверя вспыхнули яростью и ненавистью. Она взвыла.
– Адр-р-риан!
Парень атаковал. К заклинаниям он старался прибегать как можно реже, из-за действия теневого перемещения, однако Майнергард оставалась серьезным противником. Опытная, невероятно сильная физически, а также имунная к большинству магических атак – трудно представить противника сложнее. Но и он сам теперь уже не был прежним собой. Разница проявилась уже на первых мгновениях их схватки.
Жнец сомкнула челюсти, едва не перекусив ему руку. Реннет уклонился, присел и ударил, не смотря на расстояние, разделяющее их.
Противник ожидала, что клинок не сможет коснуться ее тела, потому отскакивать не стала, задумав атаковать в ответ. Уже в прыжке ее острые хищные глаза заметили, как лезвие одноручника начало вытягиваться, подобно кнуту с жалящим острием на конце. Жгучая боль в левом богу оповестила ее о полученной ране.
Не ожидав всего этого, Майнергард потеряла прежнюю инерцию движения и, приземлившись на лапы, просто не смогла достать мальчишку.
