Оборотень двигался по уцелевшим улицам Соулна, намереваясь выйти из города, уйти подальше, чтобы… чтобы расправиться с жертвой в более спокойных условиях. Мистик и сама не заметила, как обмочилась. Слезы текли из глаз не переставая, а тело сковало полностью.
Зверь остановилась совершенно внезапно. Тогда она и увидела молодого мужчину, выскочившего из другого конца улицы, держа перед собой тускло-серый клинок. Пусть чисто внешне он не казался сильным, было в этом парне что-то, что заставило напрячься даже оборотня. Изильда почувствовала это.
«Вот он! Мой шанс спастись!» – зазвенело в ее сознании.
Однако мистик рано обрадовалась. Мужчина не торопился ввязываться в схватку с оборотнем, а та, явно не желая тратить время, угрожающим тоном попросила его убраться подальше.
Видя, как все ее надежды рухнули, Изильда закричала, прося о помощи. В глазах потемнело, а горла коснулись острые когти, тут же заставив заткнуться. Ну а после, как вынесенный приговор прозвучали холодные слова парня: «Пожалуй, не стану на сей раз играть в спасение».
В глубине души мистик понимала, что поступила бы так же, не стала бы рисковать жизнью ради врага, и даже ради друга. Потому что это был оборотень. Гарантированная смерть, в том числе и для этого паренька. Но все же… все равно… пусть несправедливо и нечестно, но она возненавидела его за проявленное малодушие, за этот разумный для него поступок, за то, что он выбрал свою жизнь.
«Желаю тебе сдохнуть так же мучительно и медленно, как предстоит мне. Желаю, чтобы перед смертью ты видел замученными всех своих любимых и друзей. Желаю, чтобы ты не ведал покоя даже по ту сторону Пределов!!!»
Изильда прокляла этого человека, и продолжала проклинать до тех пор, пока оборотень не выбралась в безлюдную часть города, не начала срывать с нее одежду и истязать…
Реннет наблюдал, как освободившийся от власти чар фантастический грифон расправляется с темными, принеся в их ряды хаос и смерть, как его острые клюв и когти разрывают людей на части.
– Да уж, это явно не гордая и благородная птица, сияющая великолепием и мудростью, как описывается в Грифлионских Легендах, – насмешливо скривил он губы. – Твари свирепей и правда не сыскать. И ему удалось внести свою лепту в возникший на поле боя хаос. Впрочем, войну это все равно не остановит.
