Надо отметить, для Старого Лиса все произошедшее оказалось ужасным потрясением. Узнав, что его возлюбленная убита на террасе, он на какое-то время впал в ступор и только пару раз не совсем внятно пробормотал себе под нос: «Я не виноват!» Согласитесь, это выглядело немного подозрительно, потому я, пока все мы ожидали полицейского допроса, попытался деликатно уточнить, что именно он имел в виду, повторяя эту фразу.
Отец бросил на меня трагический взгляд.
– Но ведь я действительно ни в чем не виноват. – Его голос звучал с ноткой детской плаксивости. – Честно говоря, даже не хочу уточнять, как именно убили бедную девочку, главное – я тут ни при чем.
Само собой, подобный ответ не мог меня успокоить. Согласитесь, если Старый Лис в десятый раз повторяет, что он тут ни при чем, значит, что-то тут нечисто и лучше все выяснить до того, как за него возьмется грозный Тифис.
– Отец, совершенно понятно, что ты никого не убивал. Но почему ты постоянно это повторяешь?
Он сделал эффектную отмашку рукой.
– Все очень просто. Да простит меня бог, но едва ли не с первого дня нашего знакомства девчонка замучила меня своими глупыми капризами и выходками. Что касается сегодняшней шутки с одинаковыми платьями, то это просто дурной тон – я так ей и сказал. А она лишь расхохоталась в ответ…
Отец, выразительно вздохнув, покачал головой.
– Короче, когда сегодня началось это сумасшедшее сиртаки и Жанна цапнула бедолагу Димоса, я готов был ее убить собственными руками. Я даже представил себе в красках, как душу чертовку. И вдруг она действительно оказывается убитой, как будто мои мысли оказались материальными. Ты меня понимаешь?
Я глубоко вздохнул. Черт возьми, вот это я прекрасно понимал. Признаться, я и сам пару раз мечтал прибить Жанну. Я еще доводил свою мысль до конца, как отец положил руку мне на плечо.
– Послушай, а как ее убили?
– Ей отрубили голову мечом Афины.
Почти тут же рядом со мной неожиданно объявилась Дина: громко охнув, она вцепилась в мой локоть.
– Моим мечом?! О господи… Но как же…
Она смолкла, переводя испуганный взгляд широко распахнутых глаз с меня на отца и обратно.
– Я оставила костюм и меч в своем номере в отеле. Значит, кто-то…
– Предоставим решение всех этих вопросов полиции, – вдруг ощущая немыслимую усталость, проговорил я.
Почти тут же рядом раздался еще один голос:
– Так значит, ее убили мечом Афины? Это уже не шутки.
Над нами возвышалась бледная взволнованная Васа, нервно сжимая и разжимая свои сильные ладони. Она посмотрела на меня, сурово сведя брови к переносице.
– Помните наш последний разговор об истории со змеями? Я напомнила вам миф: богиня Афина наказала Медузу горгону, превратив ее волосы в змей. В «Олимпикусе» кто-то решил проиллюстрировать этот миф, подставив девушке блюдо со змеями. А сегодня все гораздо серьезнее: как и в древней легенде, Медузе горгоне отрубили голову. Мечом Афины…
– Но это не я! – отчаянно вскрикнула Дина.
Васа даже не взглянула на нее, небрежно отмахнувшись рукой.
– Согласен, сегодня все намного серьезнее, – вяло кивнул я. – Полагаю, это не боги играют с нами в свои игры?
Васа сурово покачала головой.
– Сегодня на открытии прозвучала цитата Афины: боги не могут делать за людей то, что должны делать сами люди. Это убийство – лишь убийство, но «оформленное» в духе греческих мифов. И все-таки – раз люди взялись играть в игры богов, значит, надо искать убийцу по олимпийским признакам. Как известно, Медузу горгону убил, говоря современным языком, наемник – Персей, которому в ее смерти не было никакой личной выгоды. Стало быть, скорей всего убийца Жанны – тоже наемник.
– Разыскивается Персей.
– Именно… Разыскивается Персей.
Это было своеобразное подведение итога.
Для большинства участников нашей вечеринки допрос прошел достаточно быстро, после чего всех благополучно распустили по домам. Без ложной скромности отмечу, что только нас с Еленой ожидал допрос «по полной программе», едва ли не до утра: Елену допрашивали с пристрастием как главную подозреваемую, меня – как выскочку, имевшего наглость сунуть нос на место трагедии вперед полиции. Около пяти утра я вернулся в свой номер и упал в бездну сна, очнувшись ближе к обеду, и то благодаря долгому и настойчивому звонку.
Моя бедная голова, как ни странно, вполне отдохнула за дневные часы сна, и я, открыв глаза, ощутил себя вполне живым и даже чуточку голодным, потому, подхватив трезвонивший сотовый, быстро поднялся и, прижав телефон к уху, начал торопливо одеваться.
– Слушаю, отец.
Разумеется, звонил он. Его голос звучал энергично и достаточно бодро – стало быть, Старый Лис вполне пришел в себя.
– Ален, надеюсь, ты более-менее отдохнул?
– Да, спасибо, отец. А как ты себя чувствуешь?
Он немного театрально вздохнул.
