– Я для вас как открытая книга?
Сабина кивнула.
– Ну, я просто удивляюсь, – бросил он ей, – как Ауэрсберг справлялась со всем этим в одиночку столько лет.
Зал для проведения торжеств был украшен винно-красными портьерами в пол. Из колонок раздавалась приглушенная музыка в стиле свинг. На трибуне находились три кафедры для докладчиков, большой проекционный экран и подиум для музыкальной группы. У каждого входа и выхода стояло как минимум по три сотрудника службы безопасности. Сабина увидела даже Ломана, который суетился и раздавал указания.
Во главе со Снейдером они протискивались в начало зала. Пахло человеческой толпой, духами и свежевымытыми полами. Тина быстро обернулась к Сабине и глазами показала вперед. Сабина вытянула шею. Ого! Президент Хесс в черном костюме и галстуке приближался к их группе. Он протянул Снейдеру руку, и все они послушно остановились позади Снейдера.
Хесс указал на передние ряды в центре.
– Сейчас начнется первая часть. Для тебя и четырех твоих стажеров зарезервировано место впереди.
– Пятерых стажеров, – исправил его Снейдер.
Хесс оглядел их и, увидев Сабину, изменился в лице.
– Но Немез ведь…
– Правильно, – перебил его Снейдер, – все еще в моей команде. Она профессионально представила нас в Вене и помогла обнаружить взаимосвязи между несколькими нераскрытыми убийствами. Поэтому я увеличил бронирование на одного человека.
Тина толкнула Сабину в бок.
– Он сказал «команда», – прошептала она. – На самом деле он нас любит.
– Почему тогда постоянно опускает нас на своих занятиях? – возразила Сабина.
Тина пожала плечами.
– Он ведь Снейдер.
– Садитесь, – пробурчал Хесс и прошел мимо них, не подав никому руки.
Они прошли к своему ряду и протиснулись к свободным стульям. На одном из них действительно лежал листок с фамилией Сабины.
Музыка замолкла, и, как в театре, прозвучал звонок, который сообщил о начале мероприятия. Шепот в зале становился тише, задвигались стулья, и под туш музыкальной группы Хесс поднялся на трибуну и подошел к микрофону. Объявили минуту молчания в честь Эрика Дорфера. Сабина встала и закрыла глаза. Она услышала, как другие тоже встали, потом воцарилась тишина. Она думала об Эрике, но, когда перед глазами всплыли первые картинки – перевязанный, подключенный к аппаратам Эрик, – Сабина просто попыталась ни о чем больше не думать. Удивительно, однако она не могла скорбеть. Она была в ярости на саму себя за то, что не смогла предотвратить смерть Эрика.
Спустя минуту они снова сели, и Хесс взял микрофон в руку. После десятиминутного представления почетных гостей, то и дело прерываемого аплодисментами, он показал короткий фильм про историю успеха БКА, которая, видимо, началась с его назначения на пост вице-президента и продолжалась по сей день. Когда он стоял уверенный и красноречивый на сцене, казалось, что он не может испытывать такую невероятную ненависть к одному-единственному человеку. Сабина все еще не знала причину, почему Хесс и Снейдер враждовали, хотя и обращались друг к другу на ты, как она сегодня слышала.
Когда Хесс перешел к мультимедийному шоу, она покосилась на Снейдера, сидящего рядом с ней. На коленях у него лежала тонкая книжка, в чтение которой он был погружен.
– Вас это не интересует? – прошептала она.
Снейдер захлопнул книжку – «Дао Дэ Цзин» Лао-цзы[30] – и нагнулся к ней.
– Как только в этом зале начинает ощущаться эйфория, я становлюсь подозрительным.
– Но доклад интересный, – солгала она, хотя сама почти не следила за происходящим.
– Я не могу все это больше слышать, – пробормотал Снейдер. Неожиданно он наклонился еще ближе: – Вы уже замечали, что каждый, кто ожесточенно пытается состояться, делает вид, что ему это уже удалось?
Сабина покосилась на Хесса.
– Это универсальный закон, – заявил Снейдер. – Вы можете наблюдать его в самых разных сферах жизни.
– Но как президент он ведь может говорить о своих успехах. За спиной у них зашикали.
– Ладно, ладно. – Снейдер снова открыл свою книгу. Спустя двадцать минут завибрировал телефон Снейдера.
Он быстро вытащил его из кармана пиджака и ответил на звонок. Несколько голов повернулось в его сторону.
Какое-то время он молча слушал, потом неожиданно выругался по-голландски и прошипел:
– Они не сняли с нее кольцо?
Он прервал разговор, наклонился к Сабине и прошептал:
– Ауэрсберг покончила с собой в комнате для допроса. Пока Хесс продолжал выступать на сцене, Снейдер поднялся, протиснулся между рядами стульев в центральный проход и удалился через запасный выход.
Через час объявили первый перерыв. Большинство гостей поднялись и направились к буфету. Сабина пробиралась против потока людей, высматривая Снейдера. Но того нигде не было. В этой многотысячной толпе ей не найти даже его заметную лысину. К тому же он наверняка находился уже не в Рейн-Майн-Халле, а ехал в такси к зданию БКА.
Сабина пыталась найти хотя бы Ломана, как вдруг оказалась напротив Хесса, который разговаривал с привлекательной платиновой блондинкой в черном платье в пол. Сабина едва не налетела на Хесса, такой сильной была давка в проходе.
Хесс проигнорировал Сабину.
