— Но если брать во внимание ваши изощренные метафоры, то следует сказать, что он из тех привлекательных вампиров, которые гипнотизируют несчастных девушек, заманивают в свое логово, а напившись сполна их крови, просто избавляются от них, несмотря на то, что они все еще продолжали любить тех без памяти?
— Все верно.
Глаза Стрельцова не отпускали Киру, гипнотизировали. Последняя трактовка преподавателя заставила желудок девушки сжаться. Неприятные ощущения. Она и сама догадалась, о чем данный текст, но услышав собственные опасения из уст преподавателя, ей стало действительно нехорошо.
— Что ж, Максим, совсем недурно, — подытожил Валентин Сергеевич. — Присаживайтесь. Кто еще хочет попробовать?
Парень прошел к своей парте и сел на место. Кира сидела с идеально выпрямленной спиной, опустив руки на колени, а голову вниз. Во всем ее теле сквозило напряжение и неуверенность. На листе перед ней было написано всего лишь две строчки: «С детства Кори беспризорничал, слишком рано успев потерять семью. Чума унесла их жизни».
— Сокол, вы не хотите попробовать? — как назло, спросил Валентин Сергеевич. Сейчас Кира опасалась этого больше всего.
Она истерично замотала головой. Лист почти пустовал. Худшим опасением для нее всегда являлось то, что преподаватель подойдет и укажет на отсутствие записей, но именно в тот момент она об этом мечтала. Если бы Валентин Сергеевич увидел чистый лист, то это бы означало, что Кире просто ничего не пришло в голову, и он бы отстал. Но мужчина настойчиво зазывал ее к доске, предлагая продемонстрировать старания.
— У меня не вышло, — тихо выдавила она из себя, прекрасно понимая, что схалтурила.
— Правда? — удивленно произнес Валентин Сергеевич.
Кира молчала, все еще не поднимая головы и вообще не пытаясь расслабиться. Почему-то ей казалось, что Стрельцов, сидевший где-то позади, глумится над ее провалом.
— Ну что ж, ладно, — сказал преподаватель и перешел к другим студентам, но Кира четко слышала в его голосе нотки разочарования.
Спустя некоторое время Валентин Сергеевич перешел ко второму заданию. Кира уже даже не пыталась в него вникать. Раздосадованная, она погрузилась в свои мысли и теперь только и делала, что ругала себя за совершенную ошибку. «В следующий раз сосредоточусь лишь на задании, а всякие Стрельцовы пойдут прочь из моей головы!»
Когда занятие закончилось, Кира продолжила сидеть на месте. Руки медленно складывали тетради обратно в сумку. Она это делала нарочно — растягивала момент. Ей было необходимо, чтобы Максим первым покинул кабинет.
Как только он вышел за порог вместе с другими студентами, Кира мгновенно расслабилась. «Оказывается, это не так просто — делать вид, что ты никуда не торопишься». Застегнув сумку, она победно направилась к выходу.
Успев переступить порог, но не сделав больше и шага, она застыла.
Максим стоял в коридоре у стены рядом с кабинетом. Он пристально посмотрел на нее, достал из кармана джинсов сигарету и показательно прикурил. «Что он творит? Сейчас тревога сработает!» Кира с замиранием сердца наблюдала за происходящим и вновь осознала, что не может пошевелиться. Скажет ли этот парень ей что-нибудь или он стоит здесь с другой целью? Может быть, он снова кого-то ждет?
Максим сделал глубокую затяжку, выпустил дым из легких, нагло усмехнулся, а затем просто ушел, оставив Киру в подвешенном состоянии. «И что это было?»
«Почему он ходит на творческое письмо? Может быть, это для филологов необходимо?» Кира задавалась этими и другими вопросами всю ночь. Несмотря на усталость, она долго не могла уснуть.
Аня частенько дергала ногами и руками во сне, и Киру обычно это пугало, но в ту ночь она вообще не обратила на это никакого внимания. «Создан, чтобы разбивать сердца», — крутилось в ее голове раз за разом, словно кто-то поставил запись на нескончаемый повтор. «Кто он такой? Что он из себя строит? Пф. Тоже мне!»
Поднявшись утром с кровати, Аня застала соседку за странным занятием — она дергала кулон на своей шее и не мигая смотрела в потолок. Тихо подкравшись, Аня нависла над ее лицом, ловя на себе все тот же пустой отстранённый взгляд.
— Эй, — слегка толкнула она ее в плечо, — ты жива?
Кира сдвинула голову на несколько миллиметров и посмотрела на соседку, но ее взгляд все еще был безжизненным.
— Ты меня пугаешь, — насторожилась Аня и выпрямилась, — ты в норме? Тебя так занятия вымотали? Ты вообще спала?
Не дав никаких разъяснений, Кира лишь повернула голову в исходное положение и продолжила дергать кулон.
— Господи, Сокол, говори со мной, а, — не унималась соседка, снова принимаясь ее тормошить. — Иначе позову коменданта, и тебя отправят в психушку!
— На мне заклятье, — слабо и несколько заторможено произнесла Кира.
— Что? — скривилась Аня. — Чего городишь? Какое заклятье? — она тут же приложила руку ко лбу девушки и вынесла вердикт: — Точно перегрелась!
— Заклятье Максима Стрельцова, — все так же мертвенно пролепетала Кира.
Аня нервно выдохнула, а затем искренне рассмеялась.
