- … да, там ребята, - закончил за Бэном Лэнгдон-старший, указав куда-то в глубь зала.
- … лишь хотели удостовериться, что ты не скучаешь, - подхватил Бэн, обратившись к дочери.
Вайолет улыбнулась.
- Все чудесно. У Вас все прекрасно получилось организовать, мистер Лэнгдон, - ей хотелось заверить мужчину в том, что его старания оценены по достоинству.
- Пол. Просто Пол, - засветился тот. – И спасибо, мне приятно это слышать от дочери друга.
Бэн принял гордое выражения лица, облизнув губы, Тейт же одобрительно кивнул. Откуда-то слева послышались возмущенные голоса, вроде «Да, а где же Пол?», «Ох уж этот негодник».
- Вай, если захочешь уйти, только скажи, и я отведу тебя в номер, - кинул быструю фразу Бэн. Вайолет кивнула. Тейт мимолетно улыбнулся.
- Ну, не будем вам мешать, - заговорил Лэнгдон – старший, и оба мужчины продолжили свой путь. - Стив, плесни нам по стаканчику, - по дороге обратился Пол к бармену.
- Он так заботится о тебе. Но не чрезмерно. Дает полную свободу. Такое редко встречается у отцов дочерей.
Вайолет выдавила улыбку.
Грусть? Тейту не показалось? Это сейчас была грустная улыбка?
- Да, ты прав. Слушай, еще немного, и я усну. Мне нужен кофе.
Через долю секунды Тейт уже привлекал внимание бармена.
***
Вечер – а точнее подобие гулянки, плавно переросшей в ночное веселье – подходил к концу. Группа все еще играла, но солистка явно подустала, снова пересев на высокий стул у микрофона. Гостей стало меньше. Остались лишь самые близкие друзья семьи. Бармены протирали стаканы, последняя пара ребят доигрывала партию в дартс. Кое-кто еще подъедал закуски со шведских столов, из зала в зал носилась малышня, стуча о деревянный пол каблучками сапожек.
Тейта перехватила какая-то женщина, по всему видимо – знакомая Хьюго, заведя оживленную беседу с юношей. Вайолет сидела у стены, возле одного из пустующих столов, подтянув к груди одну коленку и глядя на Тейта уставшим, но любопытным взглядом. Симпатичен. Да, он был ей симпатичен. Наверное это называется именно так, когда тебе хочется смотреть на человека снова и снова, при этом не чувствуя щенячьего восторга, а ощущая некую связь. Девушка и не заметила, что к ней подсели.
- Он нравится тебе.
Вайолет была слишком уставшей, чтобы сразу понять смысл сказанного. Казалось, все ее рецепторы и нервные окончания улеглись спать намного раньше нее самой. Вайолет лишь подивилась знакомому голосу, косясь на подсевшего. И тут опять забилось сердце, а ладошки, сжимающие коленку, вспотели.
- Простите? Нравится? – прочистила горло та, поспешив отвести взгляд от Уоррена Битти. – «Черт, что он тут все еще делает? Что говорить? Кошмар! Зачем ему потребовалось со мной общаться?!» - Вайолет пыталась придумать способ как притвориться больной и забиться в конвульсиях наиболее правдоподобно, пока настоящая смерть от страха и паники не настигла ее сама.
- Тейт, - улыбнулся Уоррен. – Кстати, не против, что я присел тут? Кажется, место было его.
Вайолет нахмурилась, продолжая сканировать людей в зале.
- Мы с ним не встречаемся, - медленно ответила Вайолет, переводя взгляд на фигуру юноши. – Мы знакомы всего пару дней. Так дела не делаются. Уж не знаю, с кем Тейт встречался там раньше, но я из другого теста.
Уоррен усмехнулся.
- Чудесная милая девочка. Да, ты совсем другая. Похожа на него.
Вайолет выдохнула. Подбородок ныл от напряжения. Та подняла его с коленки.
- Вы ведь хорошо знаете Тейта?
- Насколько это возможно при моей профессии и собственной семьей.
- Я знаю, что Вам известно о его попытке самоубийства, - тема юноши придала Вайолет уверенности в беседе с актером.
- Он уже открылся тебе?
- Н-нет, но… - внезапная волна обиды нахлынула на нее. И правда, узнала она о происшествии от третьего лица, а расспрашивает и ведет себя так, словно сам Тейт распахнул перед ней двери своего сердца.
- Значит, еще успеет, - ласково проговорил Битти, поправив кожанку. – Главное не рассказывай ему, что знаешь. Дай время самому все открыть. Но, я думаю, ты девочка умная, сама это понимаешь, так что мои советы ни к чему.
Вайолет почувствовала панику, будто мужчина уже вставал и собирался покинуть ее.
- Напротив, мне нужна, нужна Ваша помощь, - с отчаянием произнесла та, поворачивая голову к мужчине. – Скажите, как на это реагировать? Мне больно от того, что я знаю правду, но не могу ему помочь…
- Нам всем больно. В какие-то моменты ее причиняют окружающие, в какие-то мы сами себе. Не думай о Тейте как о пациенте, нуждающемся в лечении, думай как о живом человеке, нуждающемся в светлом будущем. Я не в праве открывать тайны его души, думаю, он и сам в скором времени тебе все расскажет, но он и правда много страдал. Наверное столько же, сколько и ты.
Вайолет вздрогнула, мурашки неприятно пробежали по позвоночнику.
- Что? Я? С чего вы решили…
Уоррен улыбнулся.
- По стереотипному представлению многих людей, не все актеры глупы как пробка. Я был ловеласом, а значит умею понимать женщин. Я разбираюсь в людях, Вайолет. И вы с Тейтом чертовски похожи…
Тейт теребил светлые кудри, широко улыбаясь и слушая собеседницу.
