В 1239 г. отряд кочевников двигался мимо Смоленска. Богатейший город Руси устоял перед полчищами завоевателей. В преданиях упоминается про подвиг пришлого воина Меркурия, которого впоследствии Русская Православная Церковь сделала святым. Наш современник волей обстоятельств попадает в прошлое, и принимает деятельное участие в событиях того времени.
Попасть в автомобильную пробку в Севастополе, это надо уметь. Как ни огромен наш город по площади, но дорожное проектирование всегда было слабым местом градостроительства. Ругать власти и ждать, когда водитель троллейбуса попадёт с пятого раза штангами на провода, это лучше, чем пытаться объехать рогатую машину по встречной полосе. Закон подлости предполагает наличие инспектора в таких местах. Хорошо хоть спешить некуда. Последствия кризиса поставили последнюю точку в моём мелком бизнесе, и я стал обдумывать, как жить дальше. Личная жизнь вроде стала складываться. Есть девушка Полина, которая вроде как невеста, квартира, новая машина, это в плюсе. Инфляция съела все накопления, работа стала совсем неинтересна, депозиты в банках не выдают, страной управляет либерастическая погань, потирающая руки от предстоящих выборов. На радиостанциях совсем не слышно русского языка, как и правильного украинского. Это всё в минусе. Размышления прервал противный писк телефона. Откинул крышку мобильника, посмотрел на номер, звонил неизвестный. Ну что ж, одной неприятностью больше, одной меньше, какая к чёрту разница. Нажал соединение.
– Борисов слушает. – Так отвечать по телефону меня научил ещё отец, в военном училище это было закреплено, а потом просто выработалось на уровне автоматизма.
– Левин, Борис Борисович Левин. Я адвокат. Алексей Николаевич, это вы? – Голос из динамика показался немного знакомым, приятным, и я успокоился. Звонили не из банка, по карточке которого, уже как неделю был перерасход.
– Он самый, слушаю Вас, Борис Борисович.
– Алексей Николаевич, я старый друг Николая, Вашего отца. Позвольте я буду называть Вас просто Лёша, ибо помню Вас совсем ребёнком. Я вот по какому поводу звоню. Умер Ваш дядя. По завещанию Вы являетесь одним из наследников. Сейчас я нахожусь в Севастополе, на аэродроме Бельбек, только что прилетел. Нам необходимо встретиться, чтобы уладить некоторые формальности. Вы меня понимаете? – Естественно я его понимал, после краха фирмы наследство было очень кстати.
– Понимаю. Где и когда мы встретимся? – Ответил чётко, вспоминая, что адвокаты очень любят конкретность.
– Оптимальный вариант у Вас в офисе. У Вас же есть офис? Хотя, Алёша, где Вам удобнее?
Я задумался. То, что мне пришлось прервать аренду офиса день назад, знали лишь два человека. Моя персона и арендодатель. Откуда осведомлённость о моих проблемах? Или стал слишком подозрителен, или нервы?
– Ждите в Бельбеке. Я за Вами приеду. – Минут сорок, не меньше, подумал я.
– Ой, таки огромное спасибо, буду ждать. Лёша, позвоните мне, как будете на месте. – Абонент отключился.
– До встречи Борис Борисович.
Я сложил трубку, и стал вспоминать, какой такой дядя мог оставить мне наследство, из-за которого в Севастополь прилетел целый адвокат Левин. Вроде бы наследственными делами заведует нотариус. Значит дело нечисто, спорное или наследство велико.
Сигнал клаксона вернул меня к реальности. Троллейбус уже отъехал метров на сорок, и теперь только моя машина тормозила движение. Инспектор ГАИ стоял в нескольких метрах от бордюра и разочарованно крутил видеокамеру в руках, не срослось. Проезжая мимо него я ухмыльнулся. Не фиг ловить автолюбителей, лучше б движение регулировал. И отчего водители воспринимают гаишников как врагов народа? Всё же должно быть совсем наоборот.
После оранжевого переворота, пьяный президент, сев за руль служебного мерса, разогнал державную автоинспекцию. Дешёвый популизм не прибавил политического авторитета, и всё вернулось на круги своя. А после введения чудовищных для нищей страны штрафов, засады под названием 'кукушка', стали совершенно обыденным делом, словно знаки на автострадах.
Дорога до Бельбека заняла почти час. По пути позвонил отцу и пересказал разговор с Левиным. Ответом было недолгое молчание, после чего папа сообщил, что Бориса Борисовича знает, а по поводу смерти брата удивился. Ибо брат отца умер много лет назад, и всё имущество давно перешло дочери покойного.
Звонить Левину не пришлось. Как только подъехал к административному зданию аэропорта, невысокий человек в тёмно синем костюме с огромным чемоданом резко засеменил по направлению в мою сторону и приветственно помахал рукой. Выйдя из машины, надел пиджак, чтобы выглядеть посолидней, открыл багажник и стал дожидаться, пока адвокат докатит свою кладь.
– Борис Борисович. – Слегка кивнул головой, протянул правую руку, держа в левой старомодную соломенную шляпу.
-Я Алёша. Рад Вас видеть.
После знакомства мы пожали руки. Вежливо попросил посмотреть его документы. Покрутил в руках паспорт, фото совпадает, инициалы тоже.
– Вы очень похожи на своего отца, Алёша. Последний раз я видел его именно в Вашем возрасте. Такой же строгий и подозрительный. – Сказал Левин, забирая паспорт.
