Дима сидел в коридоре гинекологии и ждал. Освещение было не очень ярким, сильно пахло лекарствами. Если бы его спросили, сколько он просидел здесь – несколько минут, час или несколько часов – он не смог бы ответить. На часы смотреть не хотелось. Обстановка действовала угнетающе. Откуда-то, из противоположного конца коридора, слышался душераздирающий женский крик. От этого крика хотелось спрятаться куда угодно, хоть на край света. Казалось, он не прекратиться никогда. Этот крик медленно и уверенно превращал его жизнь в кошмар. Недалеко от Димы сидела женщина в халате и мужчина, который, по всей видимости, пришел её проведать. Время от времени мужчина поглядывал на него, явно заинтересованно.
– Перестань так оглядываться, неудобно, – полушепотом сказала женщина.
– Ты знаешь, на кого этот парень похож? – мужчина ещё раз оглянулся. – На боксера Амерханова.
– Может быть, просто похож? – предположила женщина и тоже заинтересованно посмотрела на Диму.
– Может быть. Сильно похож.
– Ладно, перестань оглядываться.
– Не знаешь, чего он здесь сидит?
– Девушку какую-то «скорая» привезла. Кажется, он с ней приехал. Её сейчас чистят.
– Это она что ли так голосит?
– Наверное. Её сразу в операционную отправили.
– Повезло мужику послушать концерт! – сочувствующе сказал мужчина. – А что, это всё без обезболивания?
– Может быть, ей не помогло?
Крик прекратился. Дима в первый момент даже не понял, что произошло. Автоматически он посмотрел на часы. Ему казалось, что он сидит здесь целую вечность и стал абсолютно седым, а на самом деле оказалось всего лишь полчаса и, судя по спокойному виду мужчины и женщины, цвет волос у него не изменился. На противоположном конце коридора открылись двери и две медсестры вывезли каталку. За ними следом вышла ещё одна женщина, по всей видимости, врач. На ходу она дала какое-то указание и пошла в сторону Димы. Он встал и сделал несколько шагов ей навстречу. Женщина подошла и спросила:
– Это вы муж Лолиты Коньковой?
– Почти, – уклончиво ответил Дима.
– Что значит «почти»? – у женщины был уставший вид.
– Мы ещё не расписаны.
– Она сказала, что вы её муж.
– В конце концов, какая разница… – Дима смутился. – Как она?
– Молодой человек, вы меня удивляете! – в её взгляде мелькнуло осуждение. – Как может чувствовать себя женщина после такой процедуры?
– Я имею в виду её состояние.
– Угрожающего ничего нет. Конечно, это очень неприятно, но хорошо, что вовремя вызвали «скорую». Срок беременности был небольшой, где-то около восьми-девяти недель. Будем надеяться, что всё обойдется.
– Из-за чего это могло случиться?
– Причин может быть множество. Насколько я поняла, она связана со спортом?
– Гимнастка. Учится в институте физкультуры.
– По всей видимости, активно тренировалась. В таком сроке вообще нужно беречься, а не прыгать. Пора бы в таком возрасте думать.
– Извините, а… это что, под наркозом никак нельзя было сделать?
– Во-первых, не было времени, во-вторых, она не натощак, а то, что она кричала, так это не вина анестезиолога. Обезболивающее сделали, но есть люди, у которых очень высокая чувствительность. По всей видимости, ваша жена относится к ним.
– Она долго здесь пробудет?
– От трех дней до недели. Нужно пронаблюдать её. Можете ей халат принести домашний и тапочки. Есть ей можно всё, хотя острое нежелательно.
– К ней можно?
– Прямо сейчас? – она снова недовольно посмотрела на Диму.
– На несколько минут.
– Ладно, только не больше пяти минут, – разрешила она. – Куртку оставьте у сестры на посту и пройдите в пятую палату.
Дима открыл дверь палаты. Лолита здесь была одна и по цвету лица мало чем отличалась от подушки. Ещё две кровати были пустыми. Сзади послышался голос медсестры:
– Не забывайте, что Любовь Тимофеевна сказала не больше пяти минут.
– Ладно, – ответил Дима.
Лолита открыла глаза. Веки были припухшими и красными от слез. Дима подошел и присел на край кровати. Сейчас ему было очень жаль эту бледную несчастную девчонку, которая только что натерпелась Бог знает чего по собственной глупости и (может быть, если верить её словам) по его вине.
– Как ты? – спросил он, что бы что-нибудь спросить.
– Живот болит, – пожаловалась Лолита.
– Сильно?
– Мне сделали какой-то укол, сказали, что скоро пройдет. Я думала, что это никогда не закончится… – она снова заплакала.
– Не реви, – он взял Лолиту за руку. – Уже всё закончилось.
– Что теперь будет?… Мама, если узнает, выгонит меня из дому… А она же всё равно узнает… Мне сказали, что я здесь несколько дней пробуду…
– Сказал же, не реви. Что-нибудь придумаем. Она дома? Позвонить ей?
– Позвони… Только что будет… – она снова всхлипнула.
– Да не реви ты.
– Ты меня теперь бросишь?
– Молодой человек, ваше время истекло! – послышался сзади голос медсестры. – И ещё, не садитесь на кровать!
– Извините, уже ухожу, – Дима послушно встал. – Лолита, я завтра приду. Тебе что-нибудь принести?
– Молодой человек! Вы что, неприятности нажить хотите? – в голосе медсестры послышалось раздражение. – У меня дела! Время позднее, посещения окончены. Позвонит она вам завтра утром и скажет, чего хочет.
