– Ладно, идем, – он нехотя поднялся. – Ма, мы пошли…. Придем поздно, так что дверь на «собачку» не закрывай.
Они вышли из подъезда. Зоя поправила шарфик. Тонкие слюдяные корочки льда на лужах похрустывали под каблуками. От холодного резкого ветра слезились глаза. Некоторое время Юрий и Зоя шли молча.
– Юрик, давай такси остановим, – попросила Зоя. – Холодно ведь.
– Двадцать минут пройти – холодно ей! – хмыкнул Юрий. – Зима уже кончилась.
– А мне холодно, – повторила Зоя.
– Ладно, не ной, сейчас… – он остановился у края тротуара.
– Юрик, а почему ты не говорил, что Вика живет с крутым?
– А я что, знал? Ушла и ушла. Квартиру сняла. Гости ей, видишь ли, надоели. Кто знал?
– Конечно, они могли нас и подвезти, – заметила Зоя.
– Вот нужна ты её кренделю, чтобы он тебя подвозил! Что ещё придумала!
– Вечно ты… ты же даже не спросил. А вдруг подвезли бы…
– Торопились они, – назидательно сказал Юрий.
– Юрик, я вот что подумала, – Зоя поправила шапочку. – Поговори с Викой. Может быть, она ему скажет, а он тебя на работу возьмет? Ну, или деньгами они нам помогут, чтобы мы раскрутились…
– А это идея! – Юрий улыбнулся и одной рукой обнял Зою. – Ты, Зойка, умная девка, за что тебя и люблю! Осталось только сестричку поймать.
– Юрик, а мы с тобой поженимся? – робко спросила Зоя.
– Поженимся… когда-нибудь. Я сегодня с матерью поговорил, чтобы нам у меня жить. Она не против, сказала, спросить ещё у отца. Он, скорей всего, тоже против не будет. Комната теперь у нас есть, можно жить.
– Юрик, это же здорово! – Зоя обрадовалась.
Юрий поднял руку и остановил такси. Сидя в машине, он подумал, что оборотистый народ женщины – его сестра нашла себе богатого любовника, которого теперь умудрилась на себе женить; Зоя очень ловко пыталась женить его на себе. Особенно теперь ей должно было этого захотеться – не каждый день такой родней обзаводятся. Даже мать, хотя и говорила, что понятия не имела, с кем живет Вика, стала в последнее время себя вести несколько иначе, чем раньше. После того, как сестра перебралась к своему любовнику (Юрий был уверен, что Вика живет именно у него, а не на квартире), мать стала какой-то задумчивой и начала потихоньку отваживать от дома кумушек и приятелей, с которыми раньше частенько по вечерам она и отец распивали бутылочку-другую. Когда отец поинтересовался, что это в последнее время они чуть ли не от людей прячутся, мать с горечью сказала: «Андрей! Да сколько можно?! Ты посмотри, во что мы превратились! Мы же раньше не были такими! Дочь от нас свет за очи сбежать готова, а тебе, хоть бы что!». Отец несколько минут удивленно смотрел на неё и, по всей видимости, не найдя, что ответить, ушел к соседу пить пиво. Ночью они о чем-то разговаривали в своей комнате. Говорили они довольно тихо, Юрий ничего не смог разобрать, но, кажется, мать плакала. «Наверное, боялась, как бы Витка нас всех не кинула, – подумал Юрий. – Ничего, не кинет. Не такая уж она и стерва. Да и он, кажется, мужик ничего. Бабок у него, видно, навалом. Зойка права, сейчас нужно к нему на работу попроситься. А ещё Витка денежек подкинет обязательно. Хорошо бы…»
Из сладких грез Юрия вывел голос таксиста:
– Приехали. С вас троячок.
Юрий нехотя полез в карман, не забыв мысленно выругать Зою, вогнавшую его в лишние растраты…
Дмитрий остановил машину у здания центральной станции «Скорой помощи». У диспетчера он узнал, что бригада, в которой работала Вика, ещё не вернулась с вызова. Оставалось терпеливо ждать. Он вышел на улицу и закурил. Сегодня была суббота. Погода в последние дни улучшилась, потеплело и небольшие островки грязного ноздреватого снега окончательно уходили в небытие. Небо было пронзительно-голубым, а солнце таким ярким, что невольно приходилось щуриться или надевать очки. Весна потихоньку начинала вступать в свои права.
Как в большинстве случаев, с улучшением погоды начинало улучшаться и настроение. Прошла неделя в течение которой Лолита ни разу не звонила. Зная Лолиту, Дмитрий относился к этому затишью настороженно, но Вике ничего не говорил. Она полностью успокоилась и расстраивать её снова очень не хотелось. Когда она была спокойна, Дмитрий чувствовал с ней рядом себя так спокойно, как не чувствовал уже много лет. Ему не хотелось отпускать её от себя ни на секунду, и в то же время он ужасно боялся хоть чуть-чуть стеснить её свободу. Ещё он лелеял надежду на то, что удастся уговорить Вику оставить работу.
Возле здания остановилась машина реанимационной бригады. Вика вышла и радостно улыбнулась, увидев Дмитрия.
– Привет, – она приподнялась на цыпочки и поцеловала его в щеку. – Давно ждешь?
– Минут пять. Ты уже? – он тоже улыбнулся.
– Да. Сейчас только схожу переоденусь. А ты почему не на работе? – на её хорошенькое личико словно тень от облачка набежала. – Случилось что-нибудь?
– Случилось. Суббота сегодня. Выходной день. Ты слишком заработалась.
– Да, действительно! – Вика рассмеялась. – Ну, подожди. Я быстро.
