Не дожидаясь ответа, он прижал свои губы к моим. И пока он пытался пробраться своим языком внутрь, меня вдруг осенило. Та девушка, Майте, ее схватили не за травы! Тот мачо, который хотел ее поцеловать, почувствовал себя отвергнутым, тем более что рядом были его друзья. Поэтому и только поэтому ее схватили. Как же это нечестно! Меня захлестнула волна гнева, как будто это со мной так поступили; я никогда еще не чувствовала такой злости. Александр крепко прижал меня к себе, но я выставила локти вперед и со всей силы оттолкнула его. Оторопев, он отпустил меня.
– Что за…
Сначала, всего секунду, в его глазах читалось удивление, но оно тут же превратилось в ярость. А ведь рядом с ним даже не было компании друзей, перед которыми надо красоваться.
– Эй, алло, какого черта ты творишь?
Я тут же пожалела о сделанном.
– Это от неожиданности, – залепетала я. – Ты не мог немного подождать, прежде чем вот так на меня набрасываться? Посмотреть, может, я не в настроении?
На мгновение мне показалось, будто внутри него происходит какое-то противоборство. Но затем он холодно сказал:
– Если я тебе надоел, Одри, просто скажи. И главное, не бойся меня обидеть. В мире полно девчонок, которые всегда будут в настроении, двадцать четыре на семь.
Он был готов уйти.
– Прости, – тут же опомнилась я. – Дело в… Похоже, я завалила тест, вот и все.
– Потому что надо было заниматься вместе. – Ура, он снова улыбался. – Но не переживай, сладкая, на экономике немецкий не нужен. Главное – сдать выпускной экзамен.
Прозвенел звонок. Александр обнял меня за плечи, и мы пошли обратно в школу. У входа была давка, и мы остановились.
Он посмотрел на меня своими сияющими золотисто-карими глазами, от которых многие девушки не могли спать по ночам, и спросил:
– Один поцелуй, чтобы скрасить унылый урок истории?
Александр всегда говорит довольно громко. И сейчас тоже. Все стали оборачиваться и смотреть на нас. Я улыбнулась:
– Хорошо, один поцелуй.
Он схватил меня и целовал долго и крепко. Я отклонилась назад под его весом, и если бы он не держал меня, то, скорее всего, я бы упала. Когда он меня отпустил, я дышала тяжело и прерывисто. Джефф, лучший друг Александра, восторженно присвистнул, а многие девочки посмотрели на меня с завистью.
А я… Я вдруг вспомнила о той девушке, о Майте. Она сидела в тюрьме за то, что отказалась целоваться с этим гребаным солдатом. Я даже немного разозлилась на нее. Всего один поцелуй, что в этом такого? Неужели не могла пересилить себя ради младшего брата?
День все никак не заканчивался. Шестнадцать двадцать – это все, о чем я могла думать. По пути домой я смотрела на все часы, которые мне попадались, и, поставив велосипед в гараж, тут же полезла проверять телефон. Еще почти час.
Наша домработница – испанка. Она работала в гостинице, поэтому, когда я прихожу из школы, моя комната всегда похожа на прибранный номер в отеле. Одежда висит в шкафу или лежит в корзине для белья. В ванной развешены свежие полотенца. Уголок идеально разглаженного одеяла загнут наружу и приглашает прилечь. Не хватает только шоколадки на тумбочке, но стоит мне лишь щелкнуть пальцами, и она там появится.
Когда мы с Джоанной были в Италии, она восхищенно разглядывала наши номера. Джоанна – моя одноклассница. Я не особо-то с ней общаюсь, но дважды брала ее с собой на каникулы, потому что, во-первых, словами не передать, как мне было бы скучно в компании папы с Анной. Во-вторых, мои настоящие подруги сами все время куда-то ездят, а Джоанна – никогда. И в-третьих, все, к чему я привыкла, для нее ново, она от всего приходит в восторг, и это забавно. Иногда мне даже становится завидно, когда я вижу, как она сияет. Она всегда забирает бесплатные баночки с шампунями и пеной для ванной, мыло и шапочки для душа. В ее сумку попадают даже дорожные наборы для шитья и салфетки для полировки обуви.
Когда она впервые оказалась у меня в комнате, то рассматривала все с нескрываемым удивлением. Душ, гардеробную, кровать с балдахином, элегантный туалетный столик в стиле Людовика XVI, коллекцию старинных кукол за стеклом. Без «охов» и «ахов», очень тихо. Рассмотрев все, она спокойно произнесла:
– Тебе потом придется много работать, чтобы сохранить такой же уровень жизни, не говоря уже о том, чтобы стать еще богаче.
Это был самый странный комментарий по поводу моей комнаты, который я когда-либо слышала.
Почти четыре. Я легла на кровать и открыла ноутбук. Чтобы убить время, зашла на «Фейсбук», но смотреть в экран становилось все тяжелее. «Надо будет рассказать, что я поняла», – подумала я. Если бы она подпустила его к себе, то, возможно, ее брат остался бы жив. Но кто знает, как выглядел тот солдат. Может, у него были черные зубы и прыщавое лицо, может, у него воняло изо рта.
Но я бы все равно согласилась ради Пабло.
Ага, конечно, Одри Патс, ради Пабло. Братика, которого ты видишь только на Рождество.
