Семка больше ни о чем не спрашивал, молча возился со своим конструктором, а Юля бездумно переставляла маленьких человечков по территории космического форта. В голове крутился их с Владом странный разговор, после которого она выбежала в коридор прямо босиком, не желая возиться с сапогами, чтобы не дать ему возможности остановить ее. Впрочем, он явно и не собирался ни останавливать, ни извиняться за резкие слова, ни объяснять, какая муха его укусила.
Первые минуты после размолвки Юля находилась в полной растерянности. Бездумно бродила по квартире, не зная, что делать и за что хвататься. В ушах все еще звучало эхо жалящих слов, но к ним уже примешивался ужас, ведь со своей проблемой – Настасьей – она осталась один на один. Юля так привыкла полагаться в этом на Влада, что сейчас совершенно не понимала, что же нужно делать. Галка вряд ли поможет.
Потом она вспомнила про Нурейтдинова, в прошлом месяце консультировавшего полицию и их с Владом заодно. Номер телефона у нее сохранился, но дозвониться не вышло: записанный голос сообщил, что абонент в настоящий момент недоступен. Попробовав еще пару раз с перерывом в пять минут, Юля решила написать сообщение, коротко объяснив проблему и попросив помощи. Когда включит телефон или снова окажется в зоне покрытия сети, он прочтет его и перезвонит, а пока Юля постарается держаться. На трансформацию первого глаза ушло примерно полгода, вряд ли второй изменится за пару дней. Время есть. Главное – не натворить пока ничего непоправимого. Как это не допустить, предстояло подумать.
Временно решив проблему, она отправилась за Семкой и с тех пор пыталась сосредоточиться на брате. Лишь его вопрос заставил ее вернуться мыслями к Владу. В голову полезли сомнения: может быть, не стоило так легко уходить, так легко его отпускать? Она не могла объяснить даже самой себе, почему появившаяся вдруг возможность казалась такой подозрительной и потенциально опасной. Возможно, из-за слов Артема в их недавнюю встречу. Юля не знала, как далеко тот готов зайти, чтобы не допустить «еще одного мезальянса в семье», но по его словам о Кристине успела понять: особых родственных чувств он к сестре не испытывает. Возможно, к брату тоже. Для него важно, чтобы никто и ничто не причинило вреда бизнесу. В этом случае ему может быть все равно, прозреет ли Влад и бросит ее или умрет на операционном столе.
От угрюмых мыслей отвлек звонок домофона, и Юля только тогда заметила, что уже достала смартфон и открыла в списке контакт Влада. Решительно отложив гаджет, она пообещала себе, что не станет звонить.
– Вот и пицца, – бодро объявила она, вскакивая на ноги и направляясь в прихожую.
Семка за ее спиной не выказал никаких эмоций по этому поводу.
С того момента, как за Артемом захлопнулась дверь, Влад пребывал в весьма странном состоянии. Нечто похожее он испытывал, когда только ослеп, а прочие органы чувств еще не адаптировались, не взяли на себя дополнительную ответственность. Он чувствовал себя оглушенным, оторванным от мира. Он что-то делал, даже разговаривал – сначала с Гориным, потом с Юлей, наконец с Игорем, – но все это как будто происходило не с ним. Или не в реальности. Во сне. Да, это было отчасти похоже на сон с его приглушенными красками и провалами в сюжете.
Осознавать и осмыслять происходящее Влад начал уже в машине по пути в аэропорт. Наконец потрудился выяснить, какой билет ему прислал брат: рейс, время вылета, город назначения. По расписанию самолет должен был вылететь в 19.45, и это означало, что едут они впритык, рискуя опоздать в случае возникновения любой пробки. Впрочем, это Влада не пугало: улететь всегда можно и следующим рейсом, встречающий на той стороне ассистент, скорее всего, подождет, вписав это неудобство в счет за свои услуги.
Если что и пугало, так это осознание простого, но угнетающего своей безысходностью факта: он не сможет вернуться. Ни к Юле, ни к семье. Независимо от того, увенчается операция успехом или нет, вернется к нему зрение или нет. Это был билет в один конец. Влад не чувствовал в себе сил противостоять брату и рисковать жизнью Юли, но и простить себе того, что ушел с пути серийного убийцы, позволив ему выбрать и прикончить еще как минимум одну жертву, он не сможет. Жить как прежде, радоваться жизни рядом с любимой девушкой, общаться с родными, неся в себе эту страшную тайну, не сможет.
Молчаливость Игоря сейчас была как никогда кстати. Водитель-телохранитель не задал ни единого вопроса, когда Влад вызвал его и велел отвезти в аэропорт, а после обратиться к Горину за новым назначением.
– Я вернусь нескоро, поэтому в ближайшее время водитель мне не понадобится, – объяснил он.
Игорь, конечно, был в курсе и грядущего дня рождения Юли, и их дальнейших планов, которые столь радикально пришлось изменить, но никак не прокомментировал распоряжение, чему Влад был очень рад.
