Последние часы мы двигались урывками и без лошадей, ведь иначе нас бы легко заметили и тогда будет невозможно продолжить нашу операцию скрытно. Мне хотелось выполнить задание без крови, ведь у меня ещё не было подтверждения виновности Червонцева, а потому оружие должно оставаться в ножнах. Что же касается этого самого оружия, то мне пришлось оставить свою особенную саблю у Бояна. Он сердечно пообещал мне, что трогать саблю не будет и мне ничего не осталось, кроме как доверится старому знакомому и нацепить на пояс обычную одноручную саблю. Доспех тоже пришлось оставить в городе, ведь полулаты были слишком приглядны, а потому пришлось ограничится обычной рубахой с накинутым поверх него распашным кафтаном. Хоть какой-то защиты они не давали и придётся полагаться на свою скрытность и навыки боя. Пистоль я с собой взял, но решил использовать его исключительно в крайнем случае, опять же соблюдая конспирацию.
Сейчас мы с Фабрисом и Рубеном сидели на окраине леса, рассматривая хоромы боярина Червонцева. Жил он немного вдалеке от своих деревень, предпочитая, видимо, свой личный покой и покой домочадцев. Этот самый покой вечно охраняли четыре человека, постоянно маячивших вокруг дома. Они были вооружены, но не одоспешены, что было немудрено. Своё имение боярин заимел в достаточно спокойном, хоть и не самом плодородном регионе, а потому боятся внезапного нападения на собственную обитель. Судя по его землям и предполагаемому достатку, боярин может содержать десяток другой воинов, да и отдельный дом непонятного, но явно жилого предназначения, у него на территории стоял. Может ли это быть дом для гридней? Вполне. Так что силовой вариант разрешения проблемы становится всё менее и менее привлекательным.
- Будем ждать ночи? – шепнул за моим плечом Фабрис, - Иначе придётся вступать в бой.
- Если ночи дождёмся, то точно придётся биться, а мне этого не сильно хочется.
- А что ты предлагаешь?
- Рубен, ты же быстро бегаешь? – повернулся к своему адъютанту.
- Опять наживкой быть? – театральным страдальческим голосом спросил Рубен.
- Ага. Сделай так, чтобы за тобой вот те хлопцы погнались. Ну или хотя бы часть. – я указал на боярских охранников, ведущих праздные разговоры около хором своего хозяина, - Приведи их сюда.
- Будет сделано, командир!
Рубен аккуратно пополз по земле, не особенно заботясь о сохранности своей одежды. На лицо он натянул грубый платок, скрывая свою и так никому неизвестную личность. Полз он быстро, прильнув практически к самой земле. Разделявшие нас несколько сотен метров преодолел он меньше чем за полчаса и неожиданно появился за стеной конюшни, прямо под носом одного из ратников Червонцева. Неожиданно, он громогласно засвистел, и охранники боярина подорвались со своих мест, сразу же побежав в сторону звука. Рубен ещё раз засвистел и со всех ног побежал в нашу сторону. Охранники тут же рванули за молодым наёмником, а мы с Фабрисом переглянулись, приготовившись встречать боярских ратников.
Долго ждать их не пришлось. Рубен влетел в лес и тут же схоронился за одним из деревьев, переводя дух. Ратники подоспели за ним через несколько секунд. Я пропустил первых трёх и тут же огрел последнего из бегущий подобранной в этом же лесе палкой. Удар вышел приличным и моментально выбил дух из ратника, обрушив его на землю. Сразу же начали действовать и Фабрис с Рубеном. Они взяли на себя двух передних, сцепившись с ними на саблях. Последний из стоящих на ногах обернулся ко мне, и я бросился на него, сшибая с ног. Оказавшись подо мной, он попытался рубануть меня саблей, но мне удалось перехватить его руку и взять на болевой, упёршись ногами в шею. Воин оказался крепким и долго сопротивлялся, пытаясь нащупать кинжал на своём поясе, но это не дал ему сделать Фабрис, ударом ноги отправляя последнего из здравствующих боярских воинов в небытие.
- Без крови не получилось. – объявил старый лекарь, протягивая мне руку помощи.
Воспользовавшись помощью старика, я рывком поднялся на ноги. Оказалось, что один из преследовавших Рубена ратников нынче лежал под деревом с разрубленным горлом. Я поцокал языком, сожалея о жертвах, которых возможно было избежать. Проверив огретого мною ратника, понял, что и он уже отдал богам свою душу ввиду перелома шеи. Однако остальные двое сейчас были вполне себе живы. Один лежал в отключке, уткнувшись носом в землю, тогда как второй был вполне себе в сознании и таращился на меня полными ярости глазами. Броситься на меня ему мешала обвитая вокруг его кистей крепкая пеньковая верёвка, а заорать не позволяла плотно заткнутая во рту косынка Рубена.
- Вяжите пока второго. – я кинул Фабрису верёвку, а сам присел у находящегося в сознании ратника, - Ты извини за своих ребят. Я хотел обойтись без крови, но как получилось, так получилось. Если будешь отвечать на мои вопросы, то сегодня к Тарбогу не отправишься. Ты меня понял?
Ратник хотел было выдать в мою сторону целую цепочку ругательств, но через несколько секунд он образумился и кивнул.
- Барин сейчас в имении?
Кивок.
- Ещё бойцы в имении есть?
