— Илья, вы уверены, что Ямада будет драться? — голос Камиллы дрогнул. Просмотр присланной по гиперсвязи записи подействовал на нее угнетающе. — Мне кажется, он сейчас всерьез рассматривает возможность капитуляции. В этом офицере слишком развито чувство ответственности перед людьми, жизни которых зависят от его решений, и я боюсь, он не захочет ввергать их в ту мясорубку, которая вот-вот неизбежно начнется на планетах Эпсилона Индейца.
— Адмирал не станет сражаться только в том случае, — ответил я, вставая и разворачиваясь к офицерам «Смоленска», — если он не будет видеть никаких шансов на победу. В нашу задачу как раз и входит эти шансы ему предоставить. Флоту начать разгон для прыжка в систему Эпсилона Индейца. И передайте приказ Вертеру и Юхансону: через два часа их корабли должны пересечь границу пояса Койпера и войти в пределы Солнечной системы. Посмотрим, насколько крепки нервы и другие части тела господина Феррейры.
— Принято, — ответил Олег, транслируя приказ на корабли флота, — Командующий эскадрой системы Глизе запрашивает инструкции для дальнейших действий.
— Пусть занимают место в нашем ордере. При таком раскладе им не смысла ставить отдельную задачу.
Из прыжка мы вышли за двадцать минут до истечения времени, отпущенного противником адмиралу на принятие решения. Я видел запись со сканеров орбитальной крепости, выбранной Ямадой в качестве командного пункта, и представлял себе, с какой силой нам предстоит столкнуться, но отсюда, изнутри системы, громада вражеского флота выглядела еще внушительнее.
— Вызов от адмирала Ямады, господин командующий!
Я активировал сенсор связи, и на проекционном экране возникло осунувшееся лицо командующего силами обороны Эпсилона Индейца.
— Я в вас не сомневался, лейтенант, — без вступления заявил Ямада, — но скажу честно, я не понимаю, как мы сможем противостоять ЭТОМУ. Вы ведь не хуже меня осознаете соотношение сил. Они не станут атаковать сразу все планеты — им это ни к чему. Орбитальную оборону будут давить сосредоточенным ударом, сводя к минимуму собственные потери. Вы видели, кого они хотят назначить гауляйтерами на захваченные планеты, Илья?
— А вы уверены, господин адмирал, что если вы сдадитесь без боя, эти персонажи останутся не у дел? — как мог спокойно ответил я на сумбурную речь Ямады, — Вам ведь открытым текстом было заявлено, что лучше этих господ с организацией оккупационного режима никто не справится. Вы, вообще, всерьез считаете, что славам Аббаса ар-Рашида можно верить?
— Я всерьез считаю, что размах зверств на наших планетах будет прямо зависеть от того, придется врагу их штурмовать, или нет.
— Вы забыли про третий вариант, господин адмирал. Штурм ведь может быть и отбит, и тогда зверств не будет вообще.
Щека Ямады непроизвольно дернулась, и адмирал устало посмотрел мне в глаза.
— Семнадцать линкоров, — бесцветным голосом произнес адмирал, — четыре авианосца, тридцать крейсеров и пять десятков эсминцев, а за их спинами — целый флот десантных кораблей. И это против семи наших линкоров, только один из которых имперской постройки, четырнадцати крейсеров и тридцати эсминцев. Ну и еще по четыре орбитальных крепости над каждой планетой, но при такой концентрации тяжелых вымпелов они ничего не изменят. У меня осталось десять минут, лейтенант. Если прямо сейчас вы не докажете мне, что знаете, как победить в такой ситуации, я отдам войскам приказ сложить оружие.
— Примите информационный пакет, господин адмирал, — ответил я, отправляя Ямаде файл, — думаю, пяти минут вам хватит для беглого знакомства с моим планом. Я уверен, что шанс у нас есть, и шанс немалый, но без ваших кораблей и орбитальных крепостей мы победить не сможем.
Несколько минут адмирал провел, внимательно вглядываясь в виртуальный монитор, лишь легкими движениями пальцев прокручивая страницы или активируя ссылки на пояснения и комментарии. Закончить он не успел — от чтения его оторвал вызов с вражеского флагмана.
Ямада неохотно оторвался от монитора и перевел взгляд на Аббаса ар-Рашида, надменно взиравшего на него со своего кресла.
— Вы приняли решение, адмирал? — голос главы Великого Халифата выражал полную уверенность в том, какой ответ он услышит.
Ямада ответил не сразу. Бросив короткий взгляд на монитор, он потер рукой подбородок и только потом посмотрел прямо в глаза халифу.
— Я принял решение. Мой ответ — нет.
— Я думал, вы умнее, господин Ямада, — пожал плечами Аббас ар-Рашид, изображая равнодушие, но было заметно, что полученный ответ его взбесил, — Что ж, тогда говорить нам больше не о чем. Разговоры с мертвецами не входят в круг моих привычек. Прощайте, адмирал.
— Противник начал разгон к Индейцу-2, — доложил оператор контроля пространства.
— Жду указаний, лейтенант, — устало произнес Ямада, так и не выключивший канал связи с моим флагманом, — Ваш флот — ядро наших сил, так что вам и командовать. Но если мы не отстоим систему, я найду вас даже там, откуда никто еще не возвращался.
