Они проехали молча около двух миль, а грузовик тем временем прыгал по разбитым дорогам, сотрясая их своей жесткой подвеской. Они проезжали мимо проржавевших остовов автомобилей на улицах, двигаясь по пешеходным дорожкам, сквозь пробелы в скоплениях машин или через такие пространства, которые когда-то являлись парками, площадями, или там, где когда-то, до взрывов Судного Дня, стояли здания.
Хамви Айзека резко повернул налево, к группе зданий, которые частично еще стояли, в обвалившемся и полуразрушенном состоянии, а затем въехал в тоннель, который вел вниз под уклоном в 30°. Когда грузовик с Джоном сзади последовал за Хамви, он довольно сильно ударился у въезда в туннель, а затем они проехали еще с полсотни ярдов, прежде чем сделать еще один крутой поворот. После еще двух крутых поворотов и пандусов с крутым наклоном вниз, Хамви остановился у бетонной стены прямо у той точки, откуда туннель становился слишком узок для автомобилей. Там в стене туннеля имелось круглое пространство, которого хватало, чтобы развернуться, а затем тоннель заканчивался узким проходом, через который могли пройти лишь двое взрослых, если будут идти рядом.
Когда Джон спустился с платформы, откуда-то из туннеля вышли еще двое хорошо вооруженных людей, тоже с собакой. Один из них потерял ногу и двигался с большим трудом, на деревянном костыле. Генерал Коннор опять наклонился, чтобы погладить собаку, а затем пожал руку каждому из них. Пожимая руку генералу, одноногий плечом прижимал костыль к телу.
Антон, Джейд и еще несколько человек стали переносить тяжелый ящик с Т-1000. Айзек провел их по трем пролетам изношенной бетонной лестницы, а затем указал на угол лестничной клетки, где лежало другое всякое оборудование. «Оставьте ящик здесь», сказал он. «Здесь он будет в безопасности. Мы охраняем эту зону круглосуточно». Они прикрыли его какими-то деревянными ящиками и коробками, накрыли брезентом и кучей затасканной и мятой военной формой.
«Эта штука может очень пригодиться», сказала Джейд. «Даже может оказаться решающей».
«Я это знаю». Айзек, казалось, слегка обиделся. «Наш главный штаб двумя этажами ниже. Если вы пойдете на совещание, тогда идите за мной». «Отлично», сказал Антон. «Пора принимать решения». «Да», сказала Сара. В голосе ее слышна была легкая усталость, даже какое-то отчаяние. «Будем надеяться, что никто из нас о них не пожалеет».
Ополчение генерала Коннора обустроило свою Нью-Йоркскую базу в частично обрушившемся сооружении, которое когда-то являлось огромным подземным гаражом, с туннелями, соединявшими его с другими пещерами и проходами, где люди могли прятаться или хранить припасы. Так как машины Скайнета все еще рыскали кругом, ни одно из мест над землей не являлось безопасным — даже этот штаб не был полностью гарантирован от нападения Хантер-Киллеров, эндосов, Терминаторов и прочего арсенала оружия Скайнета. По любым стандартам достойной приличной жизни, имевшим хождение в Америке до Судного дня, жить здесь раньше считалось позорным — здесь было темно, холодно, грязно, условия первобытными — и все же это было лучше, чем рисковать жизнями на поверхности.
Этот этаж сейчас был тихим, здесь жило всего лишь несколько семей посреди нескольких рядов металлических опорных колонн, поддерживавших потолок. Одна семья — двое стариков, маленький ребенок и девочка-подросток с жестокими шрамами на лице — сидела на старом, полусгнившем матрасе. Они играли в покер старой и ободранной колодой карт. Здесь сидел и похожий на сумасшедшего мужчина, разговаривавший сам с собой, в большом тяжелом кресле с рваной обивкой. Он прижимал к груди какую-то большую книгу, возможно, какую-то энциклопедию, или может быть экземпляр Библии, Джон точно не мог сказать. Еще двое, мать и маленький мальчик, вероятно лет семи или восьми, забились в угол, даже не разговаривая друг с другом, а лишь выживая,
Джон и представить себе не мог, что все по-прежнему будет таким, даже после уничтожения Скайнета. По стенам ползали тараканы, огромные, размером с его руку — не так чтобы их было много, поскольку Сопротивление, очевидно, пыталось поддерживать чистоту и порядок, насколько это позволяла ситуация. И все же казалось, что эти отвратительные, зловещие существа действительно были способны пережить что угодно, даже ядерную войну. Они даже, вообще-то говоря, мутировали и процветали.
