Даже ебаный флаг был больше, чем наша полевая кухня.
— ПИЗДЮХА, НА БАШНЮ! — заорал я.
— ЗМЕЙ, В ЦЕНТР!
— АРАТ, БЕГИ И ВЗРЫВАЙ ЭТУ СРАНЬ, КОГДА ПОДОЙДУТ!
— ПОП, МОЛИСЬ, ЕСЛИ БОГИ ЕСТЬ! ЕСЛИ НЕТ — ТО ХОТЯ БЫ НЕ ССЫ!
—
Первый натиск был, как кулак в зубы.
Нас забросали стрелами.
Потом щитовая стена подошла.
Потом тараны. Один — уже горел, но полз.
Катапульты били по стенам. Камни рвали кладку, трещины росли.
С юга — пошли твари. Псы. Дикие. Обученные.
С востока — тяжёлые щитоносцы, от которых отлетали даже болты баллист.
— ЗАРЯДИ! СТРЕЛЯЙ! НЕ ССЫ, ПРОСТО СТРЕЛЯЙ! — визжал кто-то с башни.
Арат выждал момент.
Подпустил троих десятников — и взорвал ебаную улицу.
Камни. Кровь. Крики. Пепел.
—
В середине боя я увидел её.
Аврора.
В броне. Вся в чёрном, на белом коне. С мечом, который светился, как батарея в микроволновке.
— ОНА ЗДЕСЬ! — заорал я. — К СТЕНЕ! ОНА ЛЕЗЕТ С ЛИЧНЫМ ОТРЯДОМ!
— Пушистая сучка, — пробормотал Хорёк. — Я ей покажу, где кролики срать боятся.
Пиздюха прыгнула с башни, сломала шею первому, ударила второго в яйца, и третий просто убежал сам.
Змей встретил её у лестницы. Аврора выдохнула:
— Вам пиздец.
Он хмыкнул:
— Сначала тебе, детка.
И начался танец.
Цепь, меч, кровь, крики, грохот, визг, грязь.
Она билась как дикая. Мы не могли её взять.
Пока Пиздюха не взвизгнула:
— ПОП, БЛЯДЬ, МОЛИ ВСЕХ КОГО МОЖНО!
И МОЛНИЯ ЕБАНУЛА В НЕЁ.
Сверху. Просто из неба. Откуда — никто не понял.
Аврора встала на колени. Глаза — белые.
Я подошёл, сплюнул, и ударил мечом.
По шее.
По грязи.
По её высокомерию.
—
ИНТЕРФЕЙС: Вассал лорда убит. Вражеская армия в смятении.
Мы пошли в контратаку.
Хорёк — с топором.
Поп — с криками про "блядство на земле".
Арат — с гранатами.
Змей — с двумя цепями.
Пузо — просто катился, как танк.
Я — со стальным лицом и голосом, хриплым от злобы.
И мы ломали.
Жгли.
Крошили.
Уничтожали.
К утру от врага остались тела, вопли и вонь.
Только один не был среди мертвецов.
Тихий.
Он не дрался.
Он наблюдал.
Издали.
Из тени.
Но он — ещё жив.
Дым ещё не рассеялся. Земля — воронка на воронке. В небе — чёрные птицы. В носу — гарь и медь.
Мы стояли. Тихо.
Только ветер сквозь зубы разрушенных башен.
Аврора мертва. Войско — трупы.
Остался он.
—
ИНТЕРФЕЙС: Цель обновлена. Остался один.
Комментарий: Пора закончить этот сериал с отрезанием голов.
Путь открыт. Без засад. Без ловушек.
Прямо — к Тихому.
—
Он сидел на сломанном обелиске, как будто всё шло по плану.
Чёрная мантия. Лицо — как из мрамора.
Ни страха. Ни ярости. Только взгляд. Прямой.
Как лезвие.
— Подошёл, — хрипло сказал он. — Молодец.
— Твоя армия пиздой пошла, — отозвался я.
Он кивнул.
— Так и планировал.
Я щурюсь:
— Ты что, ебанутый?
Он улыбается.
— А ты думал, я хотел победить?
—
Пауза.
Всё тело моё — сжимается. От усталости. От злости.
— Я закапывал своих каждый день, — говорю. — Сжигал. Кричал. А ты сидел. И копил. И ждал.
Он встал.
— И ты победил. Потому что ты — не я.
Я делаю шаг.
— Что ты несёшь, мразь?
— Я хотел сломать. Не выиграть. Не взять город. А заставить вас стать мной. Холодным. Жестоким. Без чувств. Без страха. Без привязанностей.
— Не вышло, — рычу.
— Ты уверен?
—
Меч вылетает из ножен. Его — тоже.
И начинается.
—
БОЙ.
Не как с Авророй. Не как на арене.
Он — тень. Без лишнего. Без бравады.
Каждый удар — тихий. Точный.
Я — крик. Ярость. Отчаяние. Всё сразу.
Он уходит от выпадов. Бьёт по рукам.
Я ломаю стойку.
Он режет воздух.
Я пинаю.
Он отшатывается.
— Знаешь, почему меня зовут Тихим? — шепчет.
— Потому что "Пидарас" уже занято, — отвечаю.
—
Он дергается. Первый сбой.
Я вбиваю меч ему в плечо.
Он хрипит.
Я бью по ногам.
Он падает.
—
— Ты проиграл, — говорю.
— Нет, — шепчет. — Я показал вам, кто вы.
— Мы?
— Вы… такие же. Только громче.
— А ты — просто труп, — говорю я.
И втыкаю меч.
—
Тишина.
Он…
Тихий.
Навсегда.
—
ИНТЕРФЕЙС: Главный враг повержен.
Комментарий: Больше не будет ни слов, ни шепота.
Только эхо шагов. И мир, который можно отстроить.
Или разрушить по-новой. Выбирать тебе.
—
Я стою на вершине развалин.
Кровь с руки стекает на камень.
Позади — пепел. Впереди — карта.
Вся. Моя.
Пыль, наконец, осела. Даже солнце выглядывало неуверенно — как будто боялось, что его тоже кто-нибудь закопает в ров. Воздух был тяжёлый, будто сам переваривал всё, что здесь натворили.
Я стоял на груде кирпича, где раньше был форт. Ни форта, ни хозяев. Только вороны в роли похоронной команды. И мы.
ИНТЕРФЕЙС: Поздравляю. Мирное население официально закончилось. Теперь у вас только территория, пепел и очень много вопросов.
Я оглядел своих. Те, кто остался, стояли — кто на ногах, кто на воле. Лица грязные, синие от усталости. Но — живые.
— Все слышат? — крикнул я.
— Ага, — буркнул Хорёк, сидя на шлеме.
— Мы не просто выиграли. Мы, господа, окончательно испортили всем здесь настроение. Особенно Тихому. Он теперь в категории "историческая ошибка".
Ха-ха не последовало — люди были слишком уставшими, чтобы смеяться. Но кто-то фыркнул. Уже неплохо.
ИНТЕРФЕЙС: Напоминание. Победители не судимы. Но придётся работать. Потому что никто, кроме вас, здесь порядок не наведёт. Хотя, может, и вы не наведёте. Но вы хотя бы попытаетесь.
Потери…
726 человек.
Не сразу. Не в один день.