— У тебя неплохой пронанс. Немного американский. В Хьюстоне оценят, — подметил Кир ехидно.
Я закатила глаза, а он в очередной раз вытащил коробку с кольцом.
— Выходи за меня.
Хотелось послать уже матом, но решила просто игнорировать.
— Почему ты не хочешь? — не унимался Кирилл.
— Потому что я тебе не верю, Кир. Я не хочу быть с тобой даже дома, а уж на другом континенте и подавно.
На его щеках заходили желваки. Он сунул кольцо обратно в карман, умчался к стойке, чтобы расплатиться.
— Ты доела? Можем идти? — спросил он резко.
— Хочу пиво допить, — ответила я из вредности, хотя в меня уже не лезло.
Кирилл сел и послушно ждал, не проронив больше ни слова. Побесив его еще минут пятнадцать, я поднялась и скомандовала возвращение в отель. Он удивился.
— Еще даже не стемнело. Я думал, погуляем в Градчанах.
— Нет. Я заказала столик на восемь. Хочу немного привести себя в порядок.
— О, конечно, — согласился Кир.
Я не отказалась от такси, когда он предложил. Ноги гудели, очень хотелось поскорее оказаться под горячим душем, немного отдохнуть, навести красоту и отправиться в «Черный орел».
Кирилл пообещал, что будет ждать меня в начале восьмого в холле, и не обманул. Видеть, как он улыбается, заметив меня, и, не стесняясь, разглядывает — бесценно. Я специально взяла с собой бежевое платье из тонкой шерсти, которое сидело, как влитое, повторяя линии моего тела. Хотела быть нарядной в праздничный самодостаточный вечер дня рождения. Сейчас мне было намного приятнее, что мои старания оценили не только безликие служащие гостиницы, но и Кирилл. Я почти забыла, как это тепло и приятно видеть на его лице довольную улыбку, знать, что я ему нравлюсь, что он желает меня.
Черт. Нужно завязывать. То, что я решила не бегать от Нечаева ничего не значит. Я не собираюсь прощать его, забывать все… Перед глазами снова встали многочисленные фото с женщинами и тот поцелуй в «Праге». С этим человеком лучше не иметь ничего общего. Это сейчас его распирает предложениями пожениться и уехать. Кто мне даст гарантии, что в Штатах его не потянет на горячих техасских женщин? Все блажь. Кира, похоже, настигли печальные эмоции прошлого, и он назло мирозданию решил уволочь меня с собой. Им движет каприз или прихоть. Как вариант — навязчивая идея, но уж точно не то, что нужно мне. Любовь.
— Ты чудесно выглядишь, — проговорил Нечаев, забирая у меня из рук куртку, помогая надеть. Я сунула руки в рукава, повернулась к нему лицом. — Выходи за меня.
Улыбался, как дьявол, умышленно выбешивая меня стратегией измора.
— Отвали, — бросила я, направляясь к выходу, заматывая на ходу шарф вокруг шеи.
Кирилл не обиделся, даже виду не подал, пропуская мимо ушей очередной отказ.
— Можно заказать машину, чтобы ты не мерзла, — заботливо подметил он, указывая взглядом на мои ноги в колготках.
— Нет. Мы поедем на метро.
- Что? — скривился Нечаев.
— Что слышал. Идем. Тут близко.
Я толкнула дверь и бодро пошагала по морозному асфальту, вдыхая колкий ночной воздух, впитывая вкусное и таинственное освещение Праги.
— Ась, зачем метро? Давай на такси, — опять влез со своими предложениями Кир.
— Можешь как угодно добираться, а я поеду на метро.
— Почему?
— Так надо.
— Зачем, зай?
— Отстань, не порти мне Прагу. — Я сморщила нос. — Собственно, ты ее уже испортил. Хотя бы не усугубляй, ага?
Кир в очередной раз упрямо поджал губы и последовал за мной к подземке. Погода была, как по заказу. Легкий редкий снежок, приятный вечерний морозец. От силы два градуса ниже нуля. Все, как по тексту Лукьяненко.
Выйдя на станции «Малостранская», я смело пошла по описанию, не глядя на номера домов, пренебрегая навигатором. Древняя брусчатка под ногами, сувенирные лавочки.
— Ты уверена, что мы на верном пути? — спросил Кир, доставая телефон. — Может карту открыть?
— Не мешай, — цыкнула я на него сердито.
— А чему я мешаю?
Я зашипела на него, и Кир, хмыкнув, замолчал.
Очень скоро улица, по которой мы шли, раздвоилась, и я увидела «Черный орел». Простенький, но симпатичный ресторанчик с внутренним двориком. Сейчас на улице, конечно, никто не сидел, но летом, думаю, тут чудесно.
Нас встретил приветливый официант, провел к столику. Полный зал народу. Хорошо, что я подстраховалась и заказала заранее. Кир не дошел со мной до стола, остановился что-то рассматривая. Я подтвердила основной заказ, попросила сразу принести пиво, А Нечаев так и изучал что-то на стене. И тут я вспомнила. Автограф и фото Лукьяненко. Одобрено Ночным дозором. Конечно.
Я подошла к Кириллу, навела камеру, сфотографировала доску почета. Нечаев обернулся.
— Значит, Дозоры? — спросил он, сияя улыбкой озарения.
— Дозоры, — кивнула я.
— Почему не рассказывала?
Я увидела нашего официанта с кружками и позвала:
— Пойдем за стол.
Кирилл послушался. Мы уселись.
— Прозит, — проговорила я, приподняв кружку.
— Прозит, — откликнулся он не менее бодро.
Мы пригубили Велкопоповицкого. Кир намаз на хлеб паштет, который нам подали до основных блюд, передал мне кусочек. Я откусила, прикрыла глаза. Вкусно.
— Значит, ты и в Прагу хотела из-за Дозоров? — спросил он, тоже попробовав закуску.