Первая ночь в городе позади, солнце багровыми лучами разбудило Анну, и та застала Софию за странным занятием. После легкой ссоры девушки спустились вниз и дождались свою новую подругу – Фриду. Поев, они решают осмотреть город и поискать работы, дабы накопить немного серебряных монет перед их первым серьезным заказом.Им предстоит изучить этот город, узнать быт его жителей и самим влиться в него, чтобы не выделяться. Всё усугубляет то, что София не была в городах уже больше полувека, а Анна ранее никогда не покидала окрестности своей деревни. Мало того, они обе не умеют читать. И первое их испытание – это придумать, как, не подавая виду, изучить развешанные на доске объявления, не давая при этом понять Фриде, что София, несмотря на свою начитанность и знания множества языков, не способна прочесть даже простейший текст.
Пробираясь сквозь дебри сна, я начала открывать глаза. Прямо надо мной парила София. Лицо чародейки было столь близко, что её нос едва ли не соприкасался с моим. Её бледная как пергамент кожа слегка поблёскивала алыми искрами от разлившегося по комнате света восходящего солнца. Её зелёные глаза внимательно всматривались в меня и излучали малахитовое свечение. Зрачки тёмными впадинами жадно пожирали меня.
– И-и-и-и. – взвизгнула я от этой страной картины.
София слегка отпрянула, взлетев повыше. Волосы парили, словно находились в невидимой воде. На её лице виднелась озадаченность и непонимание.
– Ты чего разоралась, с утра по раньше?
– Что вы делали? – спросила я, вскакивая с кровати. – Вы так всю ночь на меня пялились?
– Не всю, лишь последнее полтора часа. Ты крепко спишь.
– Что…? – возмущение застряло у меня в горле. – Зачем?
– Ну-у… – протянула она. Затем сделала пол оборота и приняла позу эмбриона, а кулак правой руки приложила к подбородку. Её глаза всматривались в пустоту. – Я раньше умела определять, когда человек на грани пробуждения. Я подрастеряла этот навык и хотела потренироваться. Думала ты проснёшься раньше, но ты спала, как убитая.
– В-вы не могли бы так меня не пугать в следующий раз?
– А ты сама попробуй в следующий раз не пугаться. – сказала она, толи с издёвкой, толи с надменностью. А может и с тем, и с другим.
Я с недовольным лицом направилась к своему комоду. София продолжала парить подле меня. Когда я выдвинула ящики, она подлетела к нему. Волшебница опустилась столь низко, что края её рукавов слегка волочились по полу.
– Вам что-то нужно? – огрызнулась я обуреваемая гневом.
– Да нет. Просто интересно. У тебя довольно худые ноги, ты недоедала?
– Я хотела одеться, без ваших упрёков! – бросила я.
– Не пойми неправильно, я просто хочу поддержать разговор.
– Вы и с другими своими учениками так общались?
– Хм. – задумалась она, глядя куда-то на вверх, мимо меня. – Ну, скорее нет. Мои предыдущие ученики, как правило, были в посмертной форме и сведали о колдовстве и волшебстве ещё до меня. Потому мы, за частую, общались лишь на эти темы, опуская мирские диалоги.
– Посмертной форме? – от недоумения и слегка притормозила с натягиванием платья.
– Ну да. Меня, зачастую, находили те, кто уже был мёртв. Например, личи. А те, кто были живы уже являлись некромантами и их не сильно заботило повседневное бытие.
О личах я слышала из маминых сказок, а вот о некромантах в первые.
– А кто это такие?
– Некроманты? – спросила она. Я легонько кивнула. – Вообще некромантия – это та школа магии, которая изучает смерть и её последствия. Личи – это тоже некроманты по определению, ибо трудно стать бессмертным не изучая смерть. Но личей редко называют некромантами. Они могут принять это за оскорбление своего достижения. Всё-таки они все кичатся тем, что стали бессмертными. Так что будь аккуратнее. Я видела, как пару моих возгордившихся учеников снесли голову тому, кто посмел назвать их некромантами.
– Понятно.
В моей голове возник неожиданный, даже для меня, вопрос.
– А вы некромант или лич? Если вы знаете некромантию, то вы – некромантка, но являетесь ли вы личём?
– Интересный вопрос. – сказала она и после непродолжительной паузы добавила. – Чтобы стать личём надо быть изначально живым. Но я ведь никогда не была живой.
– Вы не считаете себя живой?
– Ну смотря как мы трактуем понятие жизни. Я не рождалась, но меня создали. Это тоже рождение в каком-то смысле. Если так рассуждать, то я ещё не умирала, а значит я не лич.
– Понятно. – сказала я, натягивая рукава платья. София изучающе осматривала меня.
– Надо тебе обычную одежду присмотреть. – пробормотала она себе под нос.
– А что с этой не так? – спросила я оглядываясь. Заметив на подоле платья следы высохшей грязи, я добавила. – Слегка испачкалась, но уверена в городе найдётся место для стирки.
– Место найдётся, а вот пока твою одежду будут стирать тебе надо в чём-то ходить.
– И то верно, – сказала я, захлопывая выдвижной ящик. – но у нас и так мало денег. Как бы мы голодать не начали.
– Не начнём. – уверено сказала она. После этих слов чародейка, кажется, даже взлетела повыше. – Думаю одежду мы можем себе позволить. Благо мне о ней переживать не нужно.
– Не нужно? – переспросила я. – Вы так и будете в этом ходить?
– Да, почему нет? – удивилась она, осматривая себя. – Эта одежда, как и это тело, лишь иллюзия.
– Это я поняла. – возразила я. – Но вам не кажется, что вы привлечёте внимание постоянно ходя в одном и том же днями на пралёт?
– Хм. – она принялась осматривать себя с новой силой. – А если так. – Сказала она, щёлкнув пальцами. Вдруг её нижнее платье окрасилось в голубые тона, а заколки обрели морской окрас.
– Вроде нормально.
– Пойдём уже вниз. – скачала чародейка, опускаясь на пол. – Мне хочется, как можно скорее, уплести свежеприготовленный завтрак. – сказала она, с явным нетерпением и предвкушение.
